Орда готовилась к нашему уходу.

Орда знала, как мы пойдём.

Орда не имеет разума, сама по себе. Но разумом обладают некоторые высшие демоны. И они умеют планировать. Худо, бедно, но умеют. И догадаться, как будут покидать город его последние защитники, демоны смогли.

Из пустых окон, из-под песка, из тёмных провалов дверей… Отовсюду разом полезли гухулы. Десятки, сотни. Они вылезали из укрытий, где прятались от солнца, и бросались на нас, чавкая псевдоплотью и щёлкая челюстями.

— В строй! — заорал я, но было поздно.

Колонна растянулась, люди не успели сомкнуть щиты. Гухулы врезались в толпу, сбивая людей с ног, вцепляясь мёртвыми руками в живую плоть. Крики, лязг, ругань — всё смешалось в один сплошной вой.

Да, гухулы медлительны на солнце, не так опасны, как ночью. Но их было много, проклятых демонов. Очень много.

Я рубанул топором вправо, снёс голову одной твари, ногой оттолкнул другую. Рядом Тавр уже построил своих в подобие круга, отбиваясь от наседающих монстров. Поодаль Аримир и копейщики Борка прикрывали Элию и других лучников, стрелявших с телег.

Я прорубился к телегам, когда там уже была настоящая мясорубка. Гухулы лезли со всех сторон — из подворотен, из окон, даже из-под песка, который вдруг начинал шевелиться и выплёскивать наружу очередную тварь.

— Отходим в переулки! — заорал я, перекрывая шум. — Строй держим! Телеги прикрываем!

Меня услышали. Люди из нашей раздутой сотни стали отступать с главной улицы.

— Уходим через переулки! — снова рявкнул я, указывая топором на ближайший проход между домами. — Вперёд! Тавр. прорывайся!

Мы не бросили телеги. Сомкнули подобие строя и стали отходить с главной улицы. Осмия Тавра, выстроившись клином, шла впереди, прорубая путь.

Узкий проход между глиняными стенами встретил полумраком. Солнце сюда не попадало — дома стояли так плотно, что их верхние этажи почти смыкались. Зато и песок здесь лежал не так глубоко. Однако идти всё равно было тяжело.

Гухулы не отставали. Они больше не лезли из каждого окна и двери, но преследовали настойчиво. А мы медленно, но всё-таки продвигались вперёд. Гухулы падали под ударами, их чёрная кровь и слизь псевдоплоти заливали песок. А на место убитых, как и всегда с демонами, спешили новые.

В одном из переулков мы наткнулись на своих. Человек десять, одетых в добротные доспехи, отбивались от стаи гухулов, забравшись в один из глухих двориков. Они стояли кругом, прикрывая друг друга, и дрались отчаянно. Однако наседавших тварей было слишком много.

Я узнал командира отряда, когда тот развернулся, отражая удар с фланга.