— Но…

— Урунсих, — я посмотрел ему прямо в глаза, — Твои люди держались достойно. Я уж молчу о тебе самом. Но если мы останемся ещё на одну ночь, Дег всех добьёт. Ты и сам это понимаешь. Поэтому, вместо отдыха в несколько гонгов, давайте лучше напряжёмся ещё на несколько гонгов. И всё-таки выберемся, наконец, из этой ловушки.

Наместник помолчал, глядя на меня с явным желанием возразить. А потом, видимо, закончил обдумывать мои доводы. И, тяжело вздохнув, согласно махнул рукой.

— Что нужно делать? — спросил он.

— Собираем всё, что можем унести, — начал перечислять я. — Грузим телеги и мешки для переханов с расчётом, чтобы на каждом могло ехать два бойца. Я, правильно понимаю, Урунсих, что у вас скотины не осталось?

— Нет, конечно, — вздохнул старый наместник.

— Пешие нас только задерживать будут, — покачал я головой. — Надо рассчитать так, чтобы можно было часть людей посадить на телеги, а часть на переханов.

— Перегрузим! — отозвался Тадар.

— Я понимаю, — снова кивнул я. — Однако двигаться нужно быстро. Уйти как можно дальше. И что делать? Есть предложения? Нет? Тогда моё остаётся единственным. Если слуги Дега успели перекрыть проход, нам придётся ещё пару гонгов терять, открывая новый… И что там после сборов и всех задержек останется до вечера? Нет, никто пешком не идёт.

Мы ещё полчаши обсуждали, как, что и куда грузить. После чего я не выдержал и отошёл. Пусть сами дальше рабочие вопросы решают, не маленькие.

Вскоре командиры разошлись, и двор наполнился шумом сборов. То, что начиналось как организованный процесс, вскоре превратилось в управляемый хаос. Бойцы, ещё не остывшие после ночной битвы, ворочали тюки, перетаскивали мешки, запрягали гнуров и переханов. Гражданские, вышедшие с верхних этажей, тоже старались помочь. Однако, мне кажется, больше мешали процессу, не понимая, что и как собирать.

Самая серьёзная проблема состояла в транспорте. Переханов и так не становилось больше. Несколько зверей погибли в ту ночь, когда туман впервые прорвался. А людей, которых надо было вывозить, наоборот, прибавилось. И даже потери бойцов не могли этого уравновесить. Что, впрочем, с другой стороны не могло не радовать… Одно было хорошо: переханы — звери выносливые. Да и в последнее время мы их хорошо кормили.

— Надо часть людей на телеги сажать! — доложился Истор, подойдя ко мне. — Но если мы ещё и людей к грузу присовокупим… Нет, боюсь, такую тяжесть гнуры не потянут!..

— Снимайте часть груза. Перекладывайте на переханов, — ответил я.

— Переханы тоже под завязку, Ишер… Мы не знаем, как всё уместить! — развёл руками Истор, и вид у него и впрямь сделался очень растерянный.