Рычащая Апиир-Атаава изогнулась, будто готовясь к прыжку. Но потом обе головы синхронно процедили:

- А что ты хотел услышать, господин герой-из-анекдотов?

- Господин из анекдотов желает играть свою роль героя, подлая ты двухголовая крыса, - улыбка на залепленной болотной грязью морде Скоонджи была искренне широкой и благожелательной, а поклон с разворотом крыльев издевательски идеальным, - Я пришёл за своей самкой.

- Х-х-хорош-шо, - прошипела взбешённая до крайности Апиир-Атаава. Близнецы уничтожали драконов и за меньшие оскорбления. - Ты ворвался на обряд сватовства, но спор за невесту обрядом позволен. Наш сын примет его здесь и сейчас. Но вызываешь нас ты, поэтому наши условия: ты без брони и без оружия, на Аатире их нет. Как ты имел скудоумие заметить, что тут не действуют определённые чары, но мы не думаем что такому великому зазнайке это помеха. Твои спутники, разумеется, так же не вмешиваются.

- В свою очередь без своих фокусов со временем, - абсолютно спокойным голосом заявил Скоонджа, снимая с себя всю броню.

- Принято, - объявили шаманки, и вышли на край поля. Аатир, наоборот - вступил на шахматный мрамор.

Разоблачившийся чёрный дракон выпрямился, бросив нежный сердечный взгляд на Икиису. Матери Аатира предполагали, что кроме волооких взглядов влюблённые ещё и активно обмениваются информацией друг с другом, но сделать тут ничего не могли.

- Начинайте уже! – нетерпеливо щёлкнули хвостом болотные владычицы.

Противники встали друг против друга. Скоонджа снял всё кроме фиала, болтающегося на его шее, в котором на дне плескались остатки от крови красного патриарха. Он не очень доверял обещаниям этой женщины с двумя душами, а ставка была слишком высока, чтобы играть в благородство, хоть Икииса и передала ему исчерпывающую информацию о её «женихе». Аатир был умён, хитёр и изворотлив, как полагалось благородным Йотрар’ри, но и честь для него была далеко не пустым понятием.

Гибкий болотный юноша стал мягко ходить вокруг абсолютно неподвижного мускулистого чёрного самца. Он не понимал стиля противника, их хронокристалл показывал ахинею, использовать навык Часовщика он не пытался, так что ему приходилось думать самому. Скоонджа молча ждал, приняв решение и получив одобрение и поддержку от своей возлюбленной. Для него это ощущалось как то, что Икииса стоит за его спиной, обнимая его своими бежевыми крыльями. Истосковавшиеся драконы чувствовали тела друг друга как собственные, даже будучи разделёнными доброй дюжиной хвостов.

Аатир хмурился и неожиданно молниеносно выдохнул сгусток кислоты, целясь в морду чёрного дракона. Тот к удивлению юноши легко ушёл в сторону и снова застыл, сменив позицию на хвост севернее, встав с белого квадрата на чёрный. Болотный принц задумался, постоянно мельтеша перед взором гвардейца. Он не мог одолеть взрослого дракона в рукопашной. Всё же сам он был юн, а Скоонджа, как он знал, был патентованным гвардейцем матриарха. Но он мог пользоваться кислотой, а вот его чёрный противник огнём – нет. На этом стоило сыграть.