и на такой случай, то ли горячка боя просто-напросто снесла ему крышу — времени на размышления он тратить не стал. Заорал, прикрыл лицо латным предплечьем и бросился на меня, занося молот. Казалось, что никакая сила не может остановить этот йотунов бронепоезд, — но я все-таки попробовал. Колдовское пламя впятеро ярче прежнего вырвалось из посоха и ударило Сивого в грудь. Наверху что-то снова громыхнуло, камни под ногами вздрогнули от вырвавшейся на свободу яростной мощи — и во все стороны от кирасы брызнул расплавленный металл. Никаких изысков — сила против силы. Извечная ир хаул против грубой физической. Сивый пер вперед, а я лупил огнем Сварога, высаживая в ноль остатки резерва. Пока не услышал дикий вой. Пока на мои руки не упали дымящиеся капли, прожигавшие кожу до костей. Пока не почувствовал запах паленой плоти. Пока посох в моих руках не изогнулся и не разлетелся в щепки. Сивый рухнул на меня, придавливая к земле весом доспехов. Он выронил молот — но металлические кулаки били немногим слабее. Я пытался отпихнуть его, вырваться из железной хватки, откатиться в сторону — но безуспешно. Семь осколков «Светоча» увеличивали мои физические возможности до сверхчеловеческих — но Сивый все равно оказался сильнее. Ударив еще несколько раз, он сомкнул на моей шее огромные ручищи — и сдавил изо всех сил, которые у него еще остались. Полоска здоровья одним махом просела вдвое и стремительно поползла вниз. Я колотил по броне Сивого всеми конечностями, но сделать уже ничего не мог. Нет, так это не сработает… Мне не хватит сил его скинуть, не хватит духа вызвать хоть крохотный магический огонек! Он задушит меня! Если только… Да! Есть!!! Гаснущее от нехватки воздуха сознание все-таки выкатило инвентарь — и в ладонь легла непривычная короткая рукоятка. Я изо всех сил сжал ее. И нависшее надо мной громадное тело вздрогнуло. Клинок Неведомого, который я забрал неподалеку от Залит-острова, все-таки нащупал брешь в доспехах, прожженную колдовским пламенем. Я вогнал его по самую рукоять и, когда на мои пальцы хлынула кровь, с силой провернул. Длинное тонкое лезвие переломилось у самого основания и осталось в ране. — Ты… — Сивый раскрыл рот, и прямо мне в лицо посыпались алые капли. — Как?.. Хватка на моем горле ослабла, но мне понадобилось где-то полминуты, чтобы выбраться из-под поверженного врага. Я подтянул ногу, уперся Сивому в бок — и сбросил бронированную тушу в сторону. Поднялся — медленно, мучительно, дважды чуть не свалившись обратно — и проковылял туда, где лежал