Глава 13
— Неужели глаза меня не обманывают? — громыхнул голос откуда-то сверху. — Я уже начал забывать, как ты выглядишь, друг мой! Рагнар обрушился на меня прежде, чем я успел ответить. Просто выпорхнул из седла, будто на нем и не висело почти два десятка килограмм доспехов. И тут же стиснул меня в объятиях так сильно, что я даже удивился, что Система не расценила это как нападение и не начала снимать с меня здоровье. Не знаю, как он смог отыскать меня среди всего этого столпотворения: в лагере уже собралось несколько тысяч воинов — и это не считая тех, кто еще не успел разжечь костер и устроиться на ночлег. — В таком месте, как это, затеряться несложно, конунг, — отозвался я, хлопая Рагнара по бронированному плечу. — Славно, что и ты здесь. Теперь, когда мы объединили все силы, северянам не устоять. — Может, и так. Битва с теми, кто убил отца, принесет мне славу, — вздохнул Рагнар. — Но иной раз мне не хочется, чтобы она начиналась. Много ли радости в том, чтобы сражаться против своего народа? Я едва не прикусил язык — надо же было ляпнуть! Северяне… Павел Викторович, он же самозваный конунг Сивый, собрал под своими знаменами огромную армию — и примерно половину ее составляли выходцы с павших под ледяной поступью Йотунхейма островов Эллиге. Сканды, народ Рагнара. Те, кто служили еще его отцу. На нашей стороне северян куда меньше — даже с теми, кого Халвард привел с Ллохес Ар-и-мор, не наберется и трех сотен. Да что и говорить: все мое многотысячное воинство напоминает огромное одеяло, состоящее из лоскутков и кое-как сшитое тоненькими ниточками. Хирдманны Рагнара уже успели стать для вышеградских дружинников своими, но я видел, как и те, и другие посматривают на степняков — и в этих взглядах хорошего было мало. Стоит мне пропасть на день или два, и вся эта разношерстная орда просто-напросто разбежится. Или хуже того — все передерутся между собой. Для того, чтобы три народа в одночасье забыли столетние обиды, недостаточно даже грядущего Конца Времен. — Прости, друг мой, — я покачал головой. — Но наша судьба предрешена, и твоим людям придется сомкнуть щиты с теми, кто никогда не видел ни фьордов Эллиге, ни самого Большого моря. Но они отважные люди, и боги не оставят их без милости. — Как знать, — мрачно усмехнулся Рагнар. — Думаешь, Всеотцу захочется видеть в своих Чертогах тех, кто затачивает кривой меч лишь с одной стороны? — Воины кочевого народа после гибели уходят в бесконечную степь. — Я развернулся и неторопливо зашагал к кострам в центре лагеря. — Но в день