Глава 34
На несколько мгновений в корчме воцарилась тишина. Абсолютная, мертвенная — я слышал только негромкое потрескивание огня в очаге и стук собственного сердца. А потом Гусь рассмеялся. Громыхнул наполовину опустевшей кружкой по столу, расплескивая жиденькую местную медовуху, и заржал. Громко, раскатисто, запрокинув голову так, что мне показалось, будто она вот-вот отвалится. Следом за предводителем, как по команде, расхохотались и остальные. Я почти физически ощутил полыхнувший от Рагнара гнев и на всякий случай незаметно перехватил под столом рукоять его меча, чтобы унаследовавший непростой нрав отца конунг не испортил мне весь спектакль. — Клянусь богами — северными, старыми, новыми и Двуединым заодно, — Гусь вытер рукавом выступившие от смеха слезы, — мне случалось видеть под этой крышей весельчаков, но не таких, как ты, Хроки… Рагнар, сын Серого Медведя! — И законный наследник островов Эллиге, — добавил я, подхватив как по волшебству появившуюся передо мной кружку. — Милостью всех богов! Похоже, мой план сработал. Позубоскалить, назваться заведомо ложным именем и ненавязчиво продемонстрировать пренебрежение ко всем местным правителям и верованиям — как раз то, что нужно, чтобы тут же стать своим в этой странной компании. Народ за столами вокруг мало напоминал добропорядочных граждан — но и на по-настоящему опасных головорезов они тоже не тянули. Бандиты или дезертиры уж точно поостереглись бы болтать лишнего — мы с Рагнаром запросто могли бы оказаться людьми Сивого или служить одному из местных баронов или самому Сигизмунду. А эти, похоже, не боялись вообще ничего и никого. Интересно, почему… — Как скажешь, Хроки. — Гусь отсалютовал мне кружкой. — Так что же привело тебя и… сына конунга в эти стены? — Крыша над головой, еда и выпивка, — я пожал плечами. — В последние дни непросто разжиться даже коркой хлеба. А нам не помешала бы и пара звонких монет. — Монет?.. — Гусь склонил голову набок и прищурился. — Может, у меня и нашлась бы работа для двух крепких парней… И особенно для тех, кто не только носит на поясе мечи, но и знает, с какой стороны их держать. Отлично… Кажется, сработало. Я еще не придумал, что буду говорить дальше, но очередной изящный план уже зарождался на самой границе сознания. Пока далекий и почти неосязаемый — и все же! — Мы умеем сражаться не хуже любого из вас, — сказал я. — Но даже лучшему из мечей иной раз лучше остаться в ножнах. Любого, кто поклонится конунгу Сивому, может повесить кто-то из местных баронов… А того, кто пожелает служить