Славка вжался обратно в сугроб, выжидая, — но алые кляксы уходили все глубже в чащу, мерно помигивая. Всадники так ничего и не заметили. И теперь есть примерно полминуты, чтобы откромсать бедняге лучнику голову и исчезнуть среди метели, оставив после себя очередную байку, которая породит очередные десятки и сотни комментов на форумах. Если он, Славка, успеет прежде, чем кто-нибудь из бронированных рыцарей обернется проверить, почему ворчание за спиной вдруг стихло. А если нет… Впрочем, какая разница? Этим двоим тоже не уйти далеко. * * * — Что там? Нашел что-нибудь? Барон де Грасси вытянул голову, пытаясь разглядеть, что же откопали в сугробе его вассалы. Не друзья, не сотрудники, даже не компаньоны. Вассалы — и никак иначе. Те, кто хотел попасть в один из самых могучих и старых игровых кланов, должны были принимать условия барона и почтительно обращаться к нему «монсеньор» — или катиться к черту. Его психоаналитик наверняка мог бы сказать немало интересного по этому поводу… если бы знал, что его клиент, добропорядочный сорокапятилетний бухгалтер из пригорода Бордо, примерно половину своей жизни проводит в виртуальном пространстве. Но кое-какие тайны барон охранял даже тщательнее пароля от рабочего компьютера, скрывавшего немало чужих финансовых секретов: махинации с налогами, отчетные ведомости, которые никто и никогда не должен был увидеть, подставные фирмы… Но все это теряло смысл за то короткое мгновение, когда барон отключался на диване в своем загородном доме и открывал глаза в другом мире, перемещаясь в могучее тело шевалье Этьена де Грасси. Здесь его звали так — а настоящего имени не знал никто. Не знали даже те, кто предложил барону кругленькую сумму в реальной валюте за работу, которая поначалу казалась совсем несложной: сжечь лагерь кочевников с далекого юга, перерезать всех, кто отважится сражаться, и разогнать остальных. На выполнение первой части плана у барона ушло ровно сорок четыре минуты. Вторая выглядела немногим сложнее: отыскать и уничтожить войско какого-то русского колдуна со странным именем, а самого его или захватить живым, или заставить укрыться в одном из городов до прихода конунга Сивого, которому барон присягнул на верность сразу после смерти последнего Императора. Де Грасси никогда не был дураком. И никогда бы не взялся выполнить то, что ему не по силам. Он сам мог бы назвать два клана, которые имели хоть какие-то шансы выстоять против его рыцарей в поле, — и остатки армии колдуна в их число определенно не входили. Но боя так