Их было девять. Девушка с подсветкой волос, темнокожий беловолосый мужик, красавица в военном камуфляже и с большой грудью, образ девчонки в каком-то ангаре, окружённой множеством огней… Все рисунки были выполнены достаточно эпично, но рассмотреть внешность было сложно. Скорее, улавливался общий образ.

Фай с зажигалкой проходил мимо, оживляя свечи, одну за другой. Они были цветными, под каждым рисунком по одной. Принцип, где какой цвет, я так и не понял, разве что под общую гамму рисунков они подходили.

— Они уже слышат ваши души, — тихо произнёс Фай.

Разговоры стихли. Людей собралось достаточно много, человек пятьдесят, может больше. Среди них были и неформалы, и странно разодетые пробуждённые, видимо, готовившиеся к бойне. Возраст где-то от четырнадцати до пятидесяти с лишним.

— Теперь те, кто желает увидеть путь, просто сосредоточьтесь на том образе, который вам покажется близким.

— Сорян, чел, я никого из них не знаю… — подал голос кто-то из толпы собравшихся.

— Здесь нет правильных ответов, — ответил Фай. — Ориентируйтесь на личную симпатию к образу.

Рита задумчиво посмотрела на меня. Настя же сразу указала на один из экранов.

— Этого хочу! — заявила она.

— Ты его знаешь? — спросила рыжая, но она ещё не успела понять, как работает мозг Насти.

— Он самый странный! — загорелась девушка.

Между мрачным беловолосым парнем с чёлкой на один глаз и жёлтыми глазами и подростком неопределённого пола с красным цветком в светло-серых волосах и с торчащими клыками расположилось нечто неопределённое. Ещё одно существо непонятного пола, хотя здесь и видовая принадлежность была сомнительной.

Некий серокожий гуманоид с большими розовыми глазами, без зрачков — просто два изогнутых чуть раскосых блюдца с подсветкой. Волосы — градиент насыщенной синевы. Одет в странный балахон синих цветов с фиолетовыми прожилками как у листьев. Плюс синие камни, серебристые цепи и прочая странная бижутерия. На голове у чуда-юда росли… не знаю, что, некие антенны, как у улитки, только сросшиеся, будто ветви дерева, создавая таким образом нечто вроде живой короны.

Мне он напомнил чем-то Ааэа. Только у той из всего лица был лишь рот, а здесь наоборот — присутствовали большие глаза, крохотный анимешный носик и напрочь отсутствовал рот.

Существо было по своему гармоничным, даже красивым, но человеком не являлось точно.

— И что? — спросила Рита, но, видимо, слишком поздно.

В окно вдруг влетел яростный ветер. Пламя всех свечей резко вспыхнуло ярче, меняя цвет в тон воску и затем резко погаснув.

А вместе со свечами погас и весь свет в квартире, включая экраны. Мы погрузились во тьму — светило лишь звёздное небо, заглядывая в окна снаружи.