С лестничного пролёта донесся гулкий шум, тяжёлые быстрые шаги и отчетливое сбитое дыхание. Друзья тоже поняли, что я тут уже не отдыхаю, и бросились на помощь.
— Поляр! — с громким рёвом вылетел на крышу Вася.
Полоскун воинственно выставил перед собой свой фирменный башенный щит из двери, явно готовясь вмять держащих меня людей в бетон, пока слева на ходу вскидывал воздушку Макс, а с другой стороны на площадку уже выбегала запыхавшаяся Рита. Рыжая решительно натянула плотные жгуты своей самодельной рогатки, и в натянутом кожаном седле зловеще блеснул мешочек с тем самым порошком.
Если эта термоядерная дрянь, способная прожечь дыру в бетоне, случайно попадёт в живого человека — он превратится в подгоревший бублик.
— Стоять!! — заорал я во всё горло, перекрывая ветер.
— Отставить!! — синхронно со мной истошно проорал вспотевший колдун, нервно вскидывая длинные костлявые руки.
Вася послушно затормозил, со скрипом проехавшись подошвами ботинок по бетону, а Рита так и замерла с натянутой рогаткой. Держащие меня люди мгновенно разжали сведенные пальцы и испуганно попятились назад, погружая крышу в вязкую плотную тишину, где теперь был слышен лишь гуляющий по недострою холодный ветер.
Я недоверчиво посмотрел на колдуна, который тяжело и загнанно дышал, неотрывно глядя прямо на меня.
— Мы не враги, пленник петли, — хрипло произнёс он, медленно опуская руки вдоль тела. — Добро пожаловать в мой дом. Меня зовут Хостер.
28. Тишина и покой
— Не враг? — мелькнула неприятная мысль о том, что в прошлом мы могли промышлять чем-то таким же вместе. — Мы что, знакомы?
— Нет, мы видимся впервые. Но ты ищущий, как и мы.
— Круто, а нафиг ты людей с крыши отправляешь магией? Мы таких как ты не любим.
— Ты ведь уже знаешь, что это не первая твоя жизнь. Что мы все заперты здесь и обречены на перерождения. Что это вечный бессмысленный цикл страданий и боли, а наши души привязаны к телу-темнице. Мы вынуждены раз за разом быть жертвами этого механизма. Но ты ведь больше, чем тело и разум, искатель истины! Освободись от тела и стань по настоящему Свободным!
У него был странноватый голос. Видимо, сорвал, когда кричал речёвки, и потому сейчас хрипел и сипел. Будто полушёпот, из которого он, впрочем, продолжал нещадно извлекать звуки. Но в то же время он завораживал той фанатичной силой, с которой говорил.
— Ты уверен в том, кто ты такой, и что ты существуешь? — продолжил он. — Ты бесправный непись или хозяин Своей Жизни? Ты думаешь, что за гранью пути нет, но дорога возникнет под ногами идущего!
На короткое мгновение в голове промелькнул образ того, как я с радостью шагаю вниз с крыши и становлюсь свободным духом, не обременённым физическим телом. Но в следующий миг я ощутил сильное сопротивление.