— Призывать?

— Помнишь котов в подвале?

— Буду вспоминать в кошмарах и через сотню лет.

— Теперь я могу призвать одного такого. Правда, очень слабого пока что. И ещё я могу «видеть суть вещей».

— А это что значит?

— Ну… например вот эту чашку, — она подняла фарфоровую чашку, красную в белый горошек, — сделали в восемьдесят втором году на Довбышском фарфоровом заводе в СССР. И с тех пор она носит на себе отпечаток пяти человек, пивших из неё, включая тебя, меня и Василия.

— Интересная способность.

Девушка поморщилась.

— Только, похоже, от неё быстро устаёшь. Я ещё по пути наверх пробовала несколько раз и, вроде, перестаралась… голова очень болит. Будто мигрень начинается.

— Аэа, у тебя случаем нет чего-то от головной боли?

— Есть, — равнодушно уронила она.

Её ящик стоял рядом с ней на кухне. Призрак сама его сюда принесла, показывая, что вполне себе самостоятельна. Только вид у неё был малость пришибленный, как и у Марты.

— Дашь?

Она молча сунула руку в ящик и поставила на стол крохотный зелёный флакон.

— У тебя тоже новая способность открылась?

— Нет. Я вспомнила многое. О том, кто я и кто ты.

— Мы и с тобой были знакомы в прошлой жизни?

— Возможно, — ответила она. — Нам нужно подняться на четвёртый этаж. Все ответы лежат там.

— Это уже не сегодня, — я покачал головой.

Марта согласно кивнула.

— Мне нужно переспать с этими мыслями, — сказала она странно и пояснила. — Ну, сжиться с тем, что я теперь жрица какого-то подвального чудища… Ай… голова.

Она аж зашипела. Как бы не оказалось, что её новый покровитель ещё и мысли у неё читает.

Был ли у нас другой вариант? Наверняка был. Но Марта слишком поспешно выбрала этот. Почему так? Насколько она теперь связана с этим Подвальным, и можно ли будет как-то её в будущем освободить?

Ещё и новость о том, что я тоже связан с кем-то таким… учитывая то, что я был союзником того кошмара, что обитает в подвале, так и хочется спросить, не был ли я в прошлой жизни злодеем? Или я просто уже пытался идти на всё ради спасения мира.

В коридоре послышался шум. В сторону кухни шёл Макс. Он пробудился первым.

— Ты как, приятель?

— Голова болит. И тело ломит… но ничего, пройдёт.

— Рад твоему оптимизму.

— Я был самым бесполезным, — признал Макс.

Я не стал его разубеждать, всё же это было по итогу правдой. За весь бой он сильно ни в чём не проявился.

— Посмотрим, как ты подготовишься к следующему бою, — ответил я. — Теперь у тебя будет время для улучшения параметров.

Парень кивнул.

— Кстати, а то время, которое мы не собрали из-за взрыва трубы, вы тоже забрали?

— Нет, — удивился я такой хозяйственности парня. — Спасибо, что напомнил.