– Спасибо, Роман Алексеевич!

Кладу трубку и не знаю, что делать дальше. В итоге сижу как в школе с прямой спиной, жду "директора школы".

А вот и он. Или это не он? Кто это вообще?

Модная стрижка, короткая стильная борода, сам весь свежий и благоухающий в идеально сидящем на могучей фигуре стальном костюме. И рубашка белая, боже, моя слабость – с расстегнутыми двумя пуговицами сверху, а там, под ней, кучерявятся черные волоски, м–м–м!

Темно–синие глаза Михаила сияют, будто он – победитель конкурса красоты. Небо и земля по сравнению с тем гризлеподобным человеком, что предстал передо мной вчера. Шикарный мужчина!

В груди у меня что–то подпрыгивает и ускоряется, сбивает дыхание и не поддается контролю.

– Привет, стрекоза! – Шведов обаятельно улыбается.

И даже это его дурацкое прозвище, каким он наградил меня вчера, сегодня звучит необычно мягко и больше похоже на комплимент.

Надеюсь, он не потому такой добренький, что Леся рассказала мне его тайну, и он предположил, что я теперь тоже в курсе? Мне кажется, меня даже спрашивать не надо, на лице все написано.

Вместо того, чтобы идти мимо в свой кабинет, директор подходит к моему столу и присаживается на край.

С трудом заставляю себя дышать ровно в его неожиданно близком присутствии.

– Здравствуйте, Михаил Иванович, – сдержанно улыбаюсь, старательно не подавая вида, что у меня ладошки вспотели от необычного волнения и внимания. – Вас не узнать.

– Хорош, да? – крутит лицом во все стороны, позволяя разглядеть его с разных сторон.

– Ну да, хоть сейчас на обложку.

От запаха его туалетной воды хочется закрыть глаза и покайфовать какое–то время, летая в эйфории. Готова простить ему все вчерашние косяки и неадекваты.

– Правда? Польщен, – светится ярче самовара.

Смотрю на Медведя, ведь играет! Нормальный он. Для чего тогда Леське про ориентацию наплел? Раскусил ее с идеей охомутать его? Неужели она ему не понравилась? Как Никольская могла не понравиться? Чего ему не хватило в ней?

– Кстати, это тебе. Угадай от кого.

Кладет передо мной маленькую игрушечную машинку.

– Матвей? – вспыхиваю от радости. Даже не думала, что будет так приятно получить подарок от мальчика.

– Ага. Ты представляешь, я на работу, а он со мной намылился. Прибежал, давай обуваться. Такой смешной, – Медведь красиво смеется, вызывая и у меня ответный смешок. Попутно прячу трогательную мокроту под веками. – Кое–как убедил его с Олесей остаться. Но я обещал передать подарок и что ты ему позвонишь.

– Да–да, конечно позвоню, я как раз собиралась.

Пристраиваю машинку к самолетику. Любуюсь. Два от души подаренных подарка от одного мужчины, хоть и маленького, вызывают умиление и тепло в груди. Но больше радует, что Михаил привыкает к сыну и принимает его без раздражения.