– Зато я тебе сказку на ночь вживую почитаю, а не по телефону, хочешь?

Радионяня у нас все эти дни как ритуал. И Леська счастлива, и Матвею понравилось.

"Да" – кивает.

– Но сначала купаться!

"Да"

– Покажешь, как вашей ванной пользоваться?

Матвей с готовностью подскакивает, берет меня за руку и ведет в ванную. Восхищаюсь им. Маленький, а уже такой хозяйственный. Быстро освоился в квартире отца. На кухне мне помогал – ложки-вилки раскладывал, потом в мойку грязную посуду старательно отнес. Хватило бы росту, перемыл бы все. Чудо, а не ребенок! А главное – спокойный.

И его спокойствие передается мне. Какая разница как отреагирует Медведь, если его медвежонок в порядке и счастлив? А счастлив мальчик и мне хорошо.

Сообща мы с Матюшкой разбираемся с кранами, включаем воду.

Переодеться мне пришлось в Леськин халатик. Повезло, что я похудее ее, и он не так коротко на мне смотрится, но все равно неудобно. Увидит кто… даже перед Матвеем стыдно за чересчур голые ноги. Но у Леськи весь гардероб такой.

Наливаю пену для ванны, жду, когда образуется пенка и усаживаю в воду малыша. Снабжаю его крышечками от баночек и ребенок счастлив, переливая из одной емкости в другую воду или трамбуя в них пену.

Пока малыш играется, мое внимание привлекает, нет, не Леськина косметичка с дорогущей косметикой, а полка с мужскими мыльно–рыльными принадлежностями.

Открываю флаконы с гелями, шампунями, дезодорантами Михаила. Нюхаю.

– Боже, Матвейка, какие запахи!

Это полный улет, восторг, эйфория для обоняния. Я влюблена в эти запахи. У Шведова определенно есть вкус. Или это подарки его девиц? Встряхиваю головой – не хочу думать о его бабах. Но когда взгляд падает на туалетную воду, и я узнаю аромат…

Le Male от Jean Paul Gaultier. О да! Это точно запах для настоящего самца. И он идеально подходит Шведову.

Не могу удержаться и брызгаю себе на руку. Ванная заполняется сумасводящими парами моего личного афродизиака. Бергамот, мята, ромашка, сандал, что–то цитрусовое и кедровое – гремучая смесь, мой персональный фетиш.

– Вот самый лучший аромат для мужчины, – даю понюхать запястье мальчику.

Матвей жмурится и улыбается.

– Нравится?

– Да.

– И мне нравится. Очень–очень.

Стоп!

Медленно ставлю парфюм на полку, поворачиваюсь к ребенку. Мне же не показалось? Я четко слышала "да"!

– Матвей! – смотрю во все глаза на ребенка. – Ты разговариваешь!

Матвей вращает лукавыми глазенками и поджимает подрагивающие в улыбке губешки. Спалился!

– Ты разговариваешь, зайчик мой! Как я рада! – смеюсь и плачу одновременно, целую мальчика в мокрую макушку. – А папа твой переживал, что ты молчишь. А ты почему молчал? Испугался?