Удар вызвал звон, это запорная рамка улетела внутрь, дверь раскрылась, пропуская меня в «Обитель».

Так сказать, добро пожаловать.

— Так! Кто в теремочке живёт, кто в невысоком живёт⁈ — грозно проорал я. — Граждане бандиты! А ну, выходи по одному! Горбатый! Я сказал, Горбатый!

Настроение у меня было хорошее, но нервное. Может, от Барсуков передалось, а может из-за моих коварных планов в отношении Пса.

— А чё сразу, «Горбатый»! — навстречу мне вышел Руслан, который примирительно поднимал руки вверх, словно я был с пистолетом.

— Руслан! Старый друг, который как известно, лучше новых двух… Про Горбатого это была цитата. Не видел, что ли, кино с Высоцким?

— Будет время, посмотрю. А чего ты тут, почтальон?

— Уведомление о выселении принёс. Скажи мне, милый друг, а почему ты не уехал? Все же уехали. Или не все?

— Все… Почти все. Я остался и Платон Аркадьевич.

— Не было печали, какой ещё Аркадьевич? Нет, даже так. Давай с тебя начнём… Как бы вежливо выразиться… Руслан, какого хера ты не уехал?

— А мне некуда, — потупился он, глядя себе под ноги. — Ты же не думаешь, что я в секте торчал от хорошей жизни? Я же рассказывал. А тут… Тут запасы гороха остались, их стало больше, потому что нас стало меньше. Представь, это как в реалити-шоу. Участники выбывают, последнему достанется главный приз.

— Горох⁈ Очнись, Руслан, это не реалити⁉ На заводе скоро начнётся стройка.

— Чего пристал? И куда мне ехать? Я наймусь сторожем у работяг на стройке, буду кирпич охранять.

— Етицкий конь, — вздохнул я. От этих новостей у меня разболелась голова. — Твоя решительность и детская непосредственность меня, конечно, подкупают, но это не выход. Ладно, дай мне сегодняшний день пережить, а с тобой что-то придумаем. А второй обитатель, как ты там говорил… Диоген?

— Платон. Профессор Платон Аркадьевич. Ему тоже некуда ехать, у него жена ушла к аспиранту и выгнала его из квартиры.

— Ах, вы ж, сироты казанские! Ладно, сидите в АБК, по ночам не гуляйте, придумаю, что с вами делать.

Не прощаясь, я вышел из здания через выбитую дверь.

Дел было ещё много, расслабляться рано.

После кирпичного завода я посетил Хана.

…

— На кой тебе бочка? — озадаченно спросил Хан.

Мне захотелось пошутить про Диогена, но я сдержался. Хан не такой человек, что ценит юмор.

— Марат Марсович, она для строительных работ. Это социальный объект, мы склад возле почты в ДК переоборудуем, поэтому денег не предлагаю. На несколько дней прошу Вашу двухосную бочку пятикубовую.

— Она не пищевая, только техническая вода! — сразу предупредил Хан.

— Мне такая и нужна, для раствора там, для проливки. Так Вы дадите, Марат Марсович?