— Марин, — вздохнул я. — Ты с такой логикой: «Чтобы все сидели в говне, лишь бы не лучше меня», далеко не уедешь. Это психология краба в ведре. Не о том ты думаешь. Ты сейчас у истоков ситуации, ты участвуешь в её управлении. Это в некотором смысле твой клуб будет.

— Не воодушевляет, — стояла на своем она.

— Ладно, зайдём с другой стороны. Лёгкий доход. Поставим автоматы, из которых игрушки достают. Это доход. Автоматы по продаже сладостей, кофейный автомат — это тоже доход. Их надо обслуживать, но будем и прибыль получать. Повесим колонки, музыку с ноута, можем группу создать музыкальную из вас самих. Вот тебе и профит.

Они переглянулись. Слово «профит» звучало куда интереснее, чем «субботник».

— Вообще, дело не в деньгах, — добавил я, глядя ей в глаза. — Умеешь петь, Марина?

Она пару раз моргнула, сбитая с толку:

— Ну… в школе пела. Вообще-то, у нас с ребятами в школе была группа «Поющие таланты». Но однажды у нас бас-гитару спёрли из кабинета музыки. Нам учительница и прикрыла лавочку. Сказала: не умеете беречь казённое — нечего бренчать. Мы с ней тогда здорово поругались, нас чуть не отчислили. Так что, да, я умею петь. Фазан — ударник, у него ритм в крови. Глеб — клавишник и на гитаре.

Я подумал о том, что вот оно, исправление судеб! Нельзя излечить всех мановением руки, но Мегалиту нужны вспышки творчества, радости, реализации. А тут можно одним выстрелом двух зайцев: и людям помочь найти себя, и Мегалит подпитать чистой энергией.

— А Виктор? — я посмотрел на главаря.

Виктор потупился, ковыряя штукатурку:

— А у меня нет талантов.

— Слух есть? — спросил я. — Марин, ты его проверяла?

— Да, — кивнула она. — У него есть слух, вполне себе и чувство ритма. Но пальцы не особенно ловкие, медвежьи. Мы пытались его на гитаре учить… Но не получается у него аккорды быстро переставлять. А без этого…

— Это потому, что вам нужен художественный руководитель и цель, — резюмировал я. — Создайте группу снова. Ваши эти… «Поющие таланты».

— Название херня, — мрачно вставил Виктор. — И всегда таким было. Училка заставила. Я хотел группу назвать «Эрос», это бог любви, но поскольку играть не научился, права голоса не имел, да и директриса была против, когда я предложил. Сказала — порнография.

— В пекло учителей и директрис, — отмахнулся я. — Критикуешь — предлагай. Допустим, «Эрос» — это перебор для нашей традиционной христианской местности, бабушки не поймут, закидают яйцами и помидорами. Ассоциируется с эротикой и греческим язычеством. Ещё варианты?

— «Амбар-Драйв», — буркнул Виктор.

— Почему «Амбар»?