«Мама пропала», — прозвучало в ушах.

Я пообещал себе, что сегодня же заеду к ним, закинул сумку в машину, но прежде чем поехать, пошлёпал к соседнему зданию. Тому самому складу, который в будущем должен претерпеть метаморфозу к МКЦ «Октябрь». Боковая дверь была приоткрыта. Вчера я оставил ключи Виктору, как неформальному лидеру и ответственному за сбор народа на трудовые подвиги.

— Эй, народ! — крикнул я, входя внутрь.

Внутри было сыро и холодно. Сквозняк гулял по пустому пространству, как у себя дома.

Виктор и его команда были здесь. Но энтузиазма на их лицах я не увидел.

Они вяло бродили по залу. Глеб ковырял отверткой какую-то доску. Фазан сидел на перевёрнутом ведре и курил, стряхивая пепел прямо на пол. Марина с недовольным видом листала ленту в телефоне, сидя на подоконнике, подстелив какую-то принесённую газету.

— Здорово, труженики тыла! — поприветствовал я их. — Как успехи?

— Никак, — мрачно буркнул Виктор. — Вадим, ты говорил про инструменты. А у нас тут — один молоток без ручки и отвёртка, которую Глеб из дома принёс. Чем работать? Зубами гвозди дёргать?

— И холодно, — пожаловалась Марина, кутаясь в шарф. — Тут сквозняк дикий. Пока мы тут что-то сделаем, мы все замёрзнем и умрём.

— Спокойствие, только спокойствие! — я поднял руку. — Не паниковать. Инструменты…

— Ты сейчас скажешь, как политики, что всё будет хорошо? — перебил меня Глеб.

— Нет, не скажу. Я вчера в райцентре был и кое-чем закупился.

Я увлёк их на улицу, к задним дверям УАЗика, открыл их настежь:

— Разгружаем!

Я вытащил коробку с новеньким шуруповёртом, набор ключей, молотки, гвоздодёры, два рулона плотной пленки, чтобы закрыть щели, и тепловую пушку — электрическую, на три киловатта.

— Ого! — глаза Глеба загорелись. — «Макита»! Вадим, ты реально спонсор?

— Реально. Вот пушка. Только сначала затяните плёнкой самые широкие щели, чтобы улицу не греть. Врубайте в розетку, но надо проверить, что ток вообще есть.

— Есть, — кивнул Виктор, — мы щиток нашли, автоматы так и стоят на включении, склад даже не обесточивали.

— Ну вот, согревайтесь, работайте.

Я вручил Виктору пакет с перчатками и упаковку мешков для мусора.

— Всё, что не представляет ценности — мусор.

Работа закипела. Пусть пока вяло, но первый импульс был дан. Тепловая пушка загудела, разгоняя сырость, и в зале стало чуть уютнее.

Стали отдирать полы, я взял маслёнку и густо смазал замок ХТЗ и петли на входных воротах.

Марина набрала воды и попробовала потереть окно.

Я не стал лезть к каждому с советами, хотя бы потому, что им нужно выйти на уровень самоорганизации, они не моя наёмная бригада.