— На камере хорошо видно? — ровным голосом уточнила она, глядя прямо в объектив. — Жидкость пахнет алкоголем, прозрачная и горючая. Окончательный вывод о составе сделает экспертиза. Сейчас я заполню протокол, и мы продолжим уже в участке.

Едва импровизированный следственный эксперимент с горящей ложкой был завершён, баба Нина, всё это время с явным удовольствием исполнявшая роль нашего оператора, торжественно вернула камеру Василисе. Наскоро попрощавшись, пенсионерка с неожиданной для её возраста прытью устремилась обратно к своей вахте. Там её ждал стационарный телефон, и что-то мне подсказывало, что информация о поимке нелегального торговца спиртным разлетится по посёлку в режиме реального времени.

* * *

Мы с Зайцевым без церемоний забрали у Ключникова ключи и сами перегнали его машину к опорному пункту.

Василиса же приняла странное, на первый взгляд, решение, она повела подозреваемого пешком, благо идти было недалеко. Я с лёгким беспокойством следил за этой прогулкой, пока Василиса, поймав мой взгляд, едва заметно не подмигнула. Смысл этого жеста дошёл до меня мгновенно, хищник играл с добычей. Она намеренно даёт возможность Ключникову попытаться сбежать. Сорвись он с места, она бы его поймала, добавив к делу железобетонный эпизод с сопротивлением, который всерьёз бы его дискредитировал.

Но погони, как в сериале, не случилось. Ключников то ли почуял подвох, то ли просто смирился, он сравнительно мирно дошёл до опорника, лишь бухтя себе под нос всю дорогу.

Спустя некоторое время мы все были в опорном пункте полиции. В небольшом кабинете нас было четверо: я, Василиса, Зайцев и мрачный Ключников.

Василиса выполнила данное понятому обещание, позвонила начальству Зайцева, сообщила о том, что он привлечён в качестве понятого, пара фраз о гражданском долге и содействии следствию. Затем она выписала ему официальную справку об участии в оперативно-розыскных мероприятиях и пододвинула стопку протоколов на подпись. Быстро везде расписавшись, Зайцев заторопился к выходу.

— Геннадий Алексеевич, а Вы ничего не забыли? — голос Василисы настиг его уже у самых дверей.

Зайцев замер. Обернувшись, он бросил на меня короткий взгляд.

— Ах, да… — он почесал затылок. — Мы тут с почтальоном всё урегулировали. Он принёс извинения и оплатил ущерб. Я хотел бы забрать заявление.

Василиса кивнула, не выразив ни малейшего удивления.

— Как скажете. Ваше право.

* * *

Хлопнула входная дверь. Мы остались одни. Василиса повернулась к Ключникову. Тот сидел в углу, на стуле для посетителей, и всем своим видом отчаянно демонстрировал оскорблённую невинность.