— Давай об этом потом, — спокойным голосом остановил её я, поворачиваясь к нашему пленнику. — Гавриил Несторович, Вам знакомо выражение «нищему собраться — только подпоясаться»?

— Знакомо, — Упырь кивнул, и его глаза заблестели. — Понимаю Ваш намёк, готов бежать хоть сейчас.

— Никуда Вы не побежите, — спокойно ответил я, вставая со своего стула.

— Вы же обещали! — сорвался он на фальцет.

— Обещал и выполню. Но не так, чтобы мы Вам открыли клетку и хлопнули в ладоши, мол, летите.

— А как тогда?

— Я Вас отвезу.

Упырь недоверчиво прищурился:

— Ну, право слово, не хочу Вас утруждать, извозчик мне не нужен…

— Побежите сами, можете далеко не уйти, — вздохнул я. — Врать не буду, мы такую, как Вы выразились, «сделку» заключаем впервые. Даст судьба, в последний раз.

Упырь помолчал, переваривая услышанное:

— Ладно, везите. Я готов, — он вытянул прикованную руку вперёд, показывая на наручники.

Василиса молча подняла ладонь. На её пальцах вспыхнули зелёные огоньки, отбрасывая на стены колдовские тени. Щелчок и браслеты наручников разом раскрылись. Упырь потёр запястье.

— Пойдёмте.

Я взял со стола кнут, привычным жестом свернул его, развернулся к двери и направился к выходу.

Корсаков неловко поднялся со стула, косясь на Василису, явно ожидая, что прямо сейчас мы его обманем и в последний момент в спину ему прилетит разрушительное заклятие. С секунду поколебавшись, он всё же пошёл. Бочком-бочком, спиной к стене, следя за взглядом участковой, он прошмыгнул к двери.

В Колдухине царила ночь. Воздух был прохладным и свежим, на небе ярко сияли звёзды, стояла предутренняя тишина, а на душе у меня было неспокойно.

Мой УАЗик был припаркован неподалёку. Я открыл пассажирскую дверцу, жестом приглашая Упыря внутрь.

— Карета подана. Прошу.

Корсаков что-то пробурчал, но забрался. Я пристегнул его ремнём безопасности, он тут же повёл плечом, проверяя, насколько это ограничивает свободу.

Конечно, с учётом специфического подвально-могильного амбре, его проще было бы отправить на заднюю площадку, однако мне хотелось держать этого пассажира в поле зрения.

— Какая у Вас… чудесная машина, — попытался завязать разговор Упырь, с любопытством разглядывая приборную панель.

Я не ответил. Провернул ключ зажигания, двигатель мягко мурлыкнул, мелкой дрожью отдаваясь по салону. Мы тронулись и неспешно покатились к выезду из посёлка. Жёлтый свет фар освещал пыльную грунтовку, обочины, заборы домов. И тут я понял, что теперь не просто вёл машину, я непрерывно вглядывался в темноту, в проёмы между заборами, в чёрные окна спящих домов, в тени деревьев, которые попадали в свет фар. А вдруг прямо сейчас я увижу Вия?