— Ритуал я, пожалуй, Василисе Александровне поручу, — Добрыня задумчиво потеребил длинную бороду. — Если он всё-таки придёт, нам с тобой будет явно не до заклинаний. И вообще… Ты что, собираешься драться с ним прямо в чистом поле? А ещё распинался, что не хочешь кровавых битв.
— Ну, не совсем в поле. Я бы заманил его в одно старое строение. Оно прочное, если что-то пойдёт не так, его хотя бы не жалко. Да и из замкнутого пространства он так просто не сбежит, — я вывернул руль, поворачивая к своему дому.
— Если он начнёт драться, то уже никуда не побежит. Это не в его характере, — совершенно серьёзно ответил Добрыня. — Ладно. Где и когда встречаемся?
— А давайте на том самом поле, где мы в первый раз проводили ритуал «Коло». Сразу после заката, как только получим отмашку от Руслана.
— Добро, — коротко ответил богатырь. — Тогда высаживай меня здесь. Пойду к машине, буду готовиться к вашей… «полицейской операции», — он усмехнулся одним уголком губ, берясь за ручку двери. — Мало ли как оно пойдёт?
Глава 22 Легенда
У Хана я разжился двумя здоровенными шестернями. Главной целью визита, конечно, был аванс за ремонт машины Руслана, но когда я приметил эти железки, Хан лишь махнул рукой, мол, забирай. Даже не спросил, на кой-чёрт они мне сдались.
Тащить этот металлолом пришлось в одиночку. Руслан, сияя от счастья, давно ускакал выполнять свою часть плана. Ещё бы, он пребывал в состоянии абсолютной эйфории оттого, что сегодня ему не придётся ни выступать живой наживкой для легендарного монстра, ни выкуривать его, как медведя из берлоги, рискуя собственной шкурой.
Первая шестерня весила килограмма три и была размером с дно хорошего ведра. Вторая, ещё массивнее, тяжелее раза в три, габаритами уступая разве что рулю от КамАЗа. Василиса была со мной, но её задача была куда тоньше и важнее перетаскивания тяжестей. Она выстраивала последовательность ударов, которая в переводе с азбуки Морзе на человеческий означала бы призывное «Иди сюда».
Когда мы только придумали общаться морзянкой, то как-то упустили одну важную деталь, телеграфа у нас нет, а отстучать классические «точки-тире-точки» по-физически невозможно, звук не тянется. Но Василиса моментально сориентировалась и быстро сообразила, раз мы не можем менять длительность сигнала, мы изменим его тональность и громкость. Мощный, глухой гул по огромной шестерне станет «тире», а резкий, звонкий по малой будет «точкой».
В опорном пункте она сделала мне распечатку:
. —.. /….—..-
Значки были крупными, но мне всё равно пришлось подсвечивать их фонариком на телефоне.