— У меня стабильный поток жалоб и страждущих исцеления. За ночь никто сызнова не заболел и чудом не исцелился. Ну и не дрался никто, спали все. Сон — это ж лучшее лекарство от многих болезней. В том числе и от битого лица.
Глава 4 Эксперт по прошлому
— Привет, ты где? — не обнаружив Василису в опорнике, я набрал ей на мобильный.
— Возле нашей несанкционированной свалки, в Кирпичном тупике, — ответила она.
Тон у неё был не то чтобы деловой… скорее, таким тоном говорит человек, который устал ещё с утра, слегка расстроенный и немного обессиленный. Словом, голос человека, на которого навалились проблемы, а желания их решать нет совершенно.
— Я подъеду?
— Валяй. Хотя, знаешь… могу я тебя попросить, сначала глянуть окрестности моста? Всё ли там тихо?
— Без проблем.
Меня слегка смутила постановка вопроса. Обычно мы просто так в Навь не бегали, но с новыми возможностями Мегалита я мог ходить туда хоть сто раз на дню. Я отнёсся к её просьбе со всей серьёзностью. Доехал до Куба, открыл проход. Чтобы не тратить время на возню с респиратором, просто набрал в грудь побольше воздуха и шагнул в портал.
Мёртвая тишина Нави. Я быстро прошёлся, покрутил головой. Вроде бы ничего не изменилось, вагончик на месте, раскалённый силуэт моста тоже. Чужих нет. Воздух в лёгких начал заканчиваться, и я вернулся обратно.
Запер Куб, запрыгнул в машину и поехал к свалке.
Формально никакой свалки в Колдухине не существовало, конечно. Но результаты жизнедеятельности народу куда-то девать было нужно. На весь посёлок стояли всего три контейнера для ТБО, и мусоровоз от «регионального оператора» опустошал их дважды в неделю. Этого не хватало. В итоге каждое домовладение выкручивалось, как могло, кто-то копил мешки на участке, кто-то сжигал всё подряд в бочках, что не шибко-то и экологично, а самые хитрые по-тихому вывозили и выбрасывали в овраг за кладбищем.
Павел Семёнович одно время пытался воевать с населением из-за этого стихийного полигона, но народ в лице Михалыча ему на это задал встречный вопрос, почти по Чернышевскому: «А что делать-то?».
— Куда нам, простым людям, прикажешь девать мусор?
Этот вопрос так и повис в воздухе, глава поселения не нашёл, что ответить. Народ пошептался и решил, что молчание — знак согласия, всё осталось как есть, люди продолжили сваливать мусор по старинке, только теперь делали это негласно, чтобы лишний раз не драконить главу.
Сто́ит отметить, что органику на помойку почти не носили. Пищевые отходы шли в компост или на корм скотине. На свалке же оседало лишь то, что земля переварить уже не могла. Главным бичом колдухинской экологии был пластик. Горы и горы бутылок валялись в этой яме прямо под открытым небом. К слову, теперь они стали и небольшой проблемой экологии Нави после того, как я переправил туда часть нашего хлама.