— Какой удар? — тут же потребовала конкретики Василиса.

— Ну… вроде бы сбоку, по корпусу, — Руслан поставил кружку на стол. — Не такой, как если бы вагончик был кораблём, налетевшим на риф. Скорее, как если бы мы с Ефимом сидели внутри гигантского арбуза, и нас стали бы похлопывать снаружи, проверяя перед покупкой, спелый ли. Но только очень, очень сильно похлопывать. Всё внутри ходуном ходило.

— Кто такой Ефим? — не поняла Василиса.

— Потом, — остановил её я, не давая сбить рассказчика с мысли. — Это тогда вагончик сдвинуло?

— Нет. Удар был за ударом, каждый сильнее предыдущего, и вот на третьем или четвёртом таком шлепке всё поехало, нас чуть не перевернуло, а потом всё затихло. А затем… — Руслан сглотнул. — Мне показалось, что снаружи кто-то ходит. И принюхивается. Был даже момент, будто этот кто-то находился сразу со всех сторон… а может, он был там не один. В общем, непонятно кто, но он припадал к щелям дверного проёма, втягивал носом воздух, как здоровенный кабан. А потом это нечто снаружи взвыло.

Руслан замолчал, взглядом уставившись в одну точку на столе.

— У меня просто кровь в жилах застыла. Это ещё хорошо, что тварь не по пению мастак, вой длился всего пару секунд. Мне кажется, если бы оно выло вот так хотя бы минуту, я бы просто кончился прямо там, на полу вагончика. Так бы и помер от сердечного приступа.

— Не бойся, всё кончилось, — я подался вперёд и опустил руку ему на плечо, выдергивая из воспоминаний. — Ты в безопасности.

— В общем, после этого он стал играть в игру «я твой дом труба шатал», — Руслан нервно усмехнулся. — Начал раскачивать вагончик, пытаться перевернуть, скрёб по стенам. Звук был такой, что зубы сводило от жути. Мне тогда пришли в голову две мысли.

Он взял со стола свою кружку, допил чай, но пустую чашку из рук так и не выпустил.

— Первая, это о хрупкости бытия. Ну, не всего бытия в целом, а конкретно моего вагончика. Он мне в тот момент казался спичечным коробком в шторм.

— А вторая? — спросил я.

— Что я должен быть как Пятачок.

— В смысле? — не понял я. — Быть свиньёй и дружить с медведем?

— Нет, — Руслан выдохнул, посмотрев на меня серьёзным взглядом. — Мне нужно, чтобы у меня дома было ружьё. Ну, не совсем дома, а там, в вагончике. На ту сторону же законы, которые запрещают оружие, не распространяются, верно?

Он посмотрел на Василису. Она неохотно кивнула.

— Наши законы там не действуют, это верно. Но пули против тварей Нави не особенно эффективны, — ответила она.

— Всё лучше, чем вообще без ничего. У меня из оружия только топор был, — тяжело вздохнул Руслан. — В общем, продолжался весь этот ад объективно недолго. Наверное, с минут пять, не больше. И знаете, после того пронзительного воя скрежет когтей по металлу меня уже не так пугал. А потом внезапно всё стихло. Он просто отстал и ушёл. Ну, то есть я лишь предполагал, что ушёл. Я просидел на полу в обнимку с топором где-то ещё с получаса. Просто вслушивался в тишину, с меня сто потов сошло со страху.