— Да, то есть, нет, сейчас займусь этим, у меня всё с собой, — оборотень похлопал по своему рюкзаку. — Взял четыре автономные антивандальные камеры на мощных аккумуляторах. Две повешу прямо на вагончик, а ещё две — на столбики, вобью их в разных местах у моста. Будет четыре сектора наблюдения. Картинку будет писать ноут, ему придётся работать здесь круглосуточно в режиме приёма. Жаль только, резервного копирования отсюда некуда дублировать.

— Погоди, на столбики? Камеры? — я скептически изогнул бровь.

— Ну, да. Я их тоже с собой привёз, дома заранее напилил из старой водогазопроводной трубы.

— А ты уже пробовал хоть что-то вбивать в местный грунт? — я выразительно кивнул на мёртвую, каменистую землю под ногами.

— А что не так? Камни и камни, ничего сверхъестественного, — Руслан пожал плечами. — Между ними вон даже песок есть. Черный такой, фактурный… Прямо как в документальных фильмах про вулканические пляжи Исландии. Я, по крайней мере, стараюсь себе так его представлять, чтобы хоть на время забыть, что мы торчим в вонючей Нави. Знаешь, с таким аутотренингом даже к этой вони начал относиться куда терпеливее.

Я задумчиво кивнул.

— Песок — это хорошо. Пожалуй, что…

С этими словами я мысленно потянулся к Мегалиту. Вообще, достучаться до него отсюда, из Нави, было задачей непростой. Ощущения, будто ты с головой погрузился в ванну, а где-то там, снаружи, на вибрирующей стиральной машинке тихо играет радио. Звуки искажаются, проходя через толщу воды, но если сконцентрироваться, то разобрать их можно.

Мегалит послушно отозвался на запрос, вливая в меня порцию магической энергии, и я начал медленно тянуть воду прямо из русла Смородины. Бр-р-р… Не люблю я это дело. Была бы моей родной стихией земля, всё прошло бы куда проще и изящнее, а так приходилось выкручиваться.

Огромная масса воды, тонн восемь, не меньше, поднялась в воздух и широкой, тяжёлой волной растеклась по каменистому пустырю вокруг вагончика. Я заставил вонючую воду работать как гигантскую сортировочную машину. Поток захватывал местный грунт, сортировал его и укладывал слоями. Крупные валуны уходили вниз, создавая дренаж, камни поменьше ложились сверху, а вот тот самый чёрный песок, а по сути, перетёртые в пыль те же огромные валуны, вода вымывала и идеально ровно расстилала по самой поверхности.

Спустя полчаса работы мне удалось расчистить, выровнять и засыпать этим вулканическим песком солидный кусок территории вокруг нашего инкубатора.

— Красиво, конечно, — с лёгким сарказмом высказалась Василиса, наблюдая, как последние капли влаги впитываются в мёртвую землю. — Однако, как говорил один директор автомобильной промышленности, «но зачем?»