— Можно, конечно, списать всё на дух времени, на особенность эпохи… — я усмехнулся, поймав себя на противоречии. — Хотя, пока произносил это, сам понял, именно эта уникальность и доказывает, что опыт прошлого и старые правила больше не работают. Мы сейчас вступили в совершенно новую реальность.

— Рада, что до тебя дошло, — Василиса оживилась. — Когда такое было, чтобы русалки массово шли на эстраду? Кикиморы заводили блоги и окучивали мужчин пачками? А оборотни шли в политику?

— Ну, насчёт политики, это как раз вечная классика, — хмыкнул я. — Всякая шушера лезла во власть испокон веков, под любым соусом. Не при Руслане будет сказано. Наш-то барсук — парень смирный и обаятельный. Можно сказать, исключительно порядочный оборотень.

— Да, — согласно кивнула Василиса. — К лотку приучен.

Я выразительно посмотрел на неё, и она тут же рассмеялась:

— Ну, что ты смотришь? Уже и пошутить нельзя! Я его, между прочим, искренне похвалить хочу. Из нахлебника, который безвылазно сидел в твоём подвале и сутками рубился в игры, он превратился в строительного эксперта. Более того, в ответственное лицо, которое следит за инкубацией ни много ни мало, а целого драгоценного дракона! Да такому оборотню сами братья Запашные с уважением пожали бы лапу.

— Соглашусь, Руслан растёт над собой. Забота и внимание всё-таки себя окупили, — кивнул я.

Василиса согласно улыбнулась.

— Но, возвращаясь к Добрыне… — продолжила она. — Да, его внезапное появление крайне подозрительно. Его знания о Вилах… притом, что мы пока видели только одну, могут объясняться, в том числе, могущественной магией или какими-нибудь специфическими артефактами.

— Да неужели? — скептически хмыкнул я. — А как насчёт того случая пару месяцев назад, когда у дома Ядвиги случился прорыв штук сорока закладных покойников и мы отбивались от них лопатами? Помнишь?

— Такое забудешь, — с лёгкой усмешкой отозвалась Василиса, явно припоминая ту эпичную битву.

— И отчего же его чудо-артефакт не сработал тогда? Почему наш благодетель не приехал в прошлый раз? Подозрительно всё это.

— Ну, мне нечего на это ответить, — развела руками она. — Я ему не адвокат и не прокурор. Это просто очередной вопрос без ответа. А заодно причина не доверять ему до конца.

Я лишь молча кивнул. Искренность и готовность делиться информацией вообще никогда не были приоритетами у двоедушников. Что уж там, даже мы с Василисой, при всём нашем фундаменте доверия и непростой совместной истории, только-только начали по-настоящему приоткрываться друг другу.

— Как бы там ни было, нам нужно выловить остальных Вил, пока они дров не наломали, — озвучил я вполне очевидную мысль, наконец выключая конфорку под рисом. — И мне кажется, повторный ритуал «Коло» ничего не даст. Вилы же не безмозглые, они быстро сложат два и два, поняв, что их товарка пропала как раз после этого зова. Или ты считаешь иначе?