— Знаю, конечно… Парень, да я эту машину ещё смотрел, когда Стёпка жив, здоров и трезв был. Ей уже ничего не поможет. Может, кроме тонны святой воды и опытного экзорциста.

Он перестал ухмыляться и перешёл на деловой тон:

— Давай по фактам?

— Давайте, — покорно согласился я.

— Двигатель там изношен в хлам и закоксовался, плюс блок деформирован, потому что все твои предшественники слишком сильно любили на педаль газа нажимать, а не на тормоз. Коробка там, как ни странно, цела, только масло за пару лет уже в жирный кисель превратилось. Кузов гнилой насквозь. Ходовая разбита по нашим колдухинским дорогам вдребезги. Но всё это не важно, потому что она всё равно не сдвинется с места. Вердикт простой: возьми два автомобильных номера и вставь между ними другой автомобиль. Вот и весь ремонт.

— А если контрактный двигатель? — не сдавался я. — Можно же поставить другой мотор? А от другой техники?

Хан вздохнул, как будто он был школьным учителем, а я был самым непонятливым учеником в его жизни.

— Другой двигатель, почтальон, это только с другой коробкой и другой ходовой. Нет такого, что взял двигатель от «Лэнд Крузера» и поставил на «Ладу Калину». Дело даже не в посадочных гнёздах, а в присоединяемых узлах… Это надо всю машину перебирать и перекраивать. По цене это выйдет как новую машину купить. Причём не «Буханку», а что-нибудь приличное.

— А Вы всё-таки обещайте подумать, — нажал я. — А то, мало ли, может, будут какие-то идеи. При условии, что деньги на ремонт у меня есть.

Участковая, которая всё это время стояла рядом и молча слушала, тут же вскинула на меня свои строгие глаза.

— Вадимка, скажи тёте Свете, а откуда у тебя деньги? — её вопрос прозвучал внезапно, как выстрел. — Ты же детдомовец.

Хотя я и не Вадимка, но очень хотелось повертеть головой в поисках тёти Светы. Впрочем, интонация вполне себе ласковая и вкрадчивая. Пришлось врать. Врать убедительно, к этой лжи я был готов, так что свою версию задвигал, глядя ей прямо в глаза:

— Так мне, как сироте, квартиру от государства дали. Я её продал, деньги на депозит положил. Так что кое-какие сбережения есть.

— Потратил бы лучше на обычную пацанскую «десятку», — буркнул Хан. — И не морочил дяде Марату голову.

— «Десятку», которую я на местных колдобинах за месяц по кусочкам оставлю? — усмехнулся я. — Нет, спасибо. К тому же, мне машина для работы нужна. Чтобы и по грязи проехать, и груз какой перевезти. Не везде на велосипеде доберёшься.

Хан посмотрел на меня долгим, изучающим взглядом.

— Ладно, обещаю над твоими «словами не мальчика, но мужа», подумать, — наконец сказал он. — А теперь прошу всех посетителей — на выход. Я намерен своего милого пёсика по прозвищу Цербер выгулять.