Часть же войск выдвигалась к Константинополю, дабы спровоцировать там панику и беспорядки. То есть, всемерно затруднить руководство оборонительной операции.
Аналогичные события происходили и на другом берегу Босфора — в Вифинии. В общем османам понравилось.
К обеду же для поддержки этого наступления в пролив вошли кое-какие корабли 1-ого и 2-ого Черноморских флотов. Их артиллерия начала выступать в качестве важнейшего фактора дальнейшего развития успеха. То есть, накрывать по радиозапросу те цели и квадраты, которые им указывали бойцы штурмовых частей. Что кардинально ускоряло подавление и уничтожение османских узлов сопротивление.
Ведь уже утром они попытались занять оборону. И даже предпринимали контрнаступления, стремясь зажать и отбросить немногочисленный, но дерзкий десант. Однако раз за разом нарывались на удивительно плотный огонь из единых и крупнокалиберных пулеметов, станковых гранатометов, минометов, пушек основных полевых калибров и, в случае особой опасности — корабельной артиллерии. Последняя всегда ставила жирную точку в любой инициативе османов, кроме отступления. Нормальных узлов обороны у них вне береговой линии не имелось. А в поле или в эрзац-укреплениях много не навоюешь, когда тебя утюжит артиллерия калибром от 127-мм до 406-мм. Снаряды последней вообще были еще тем пугалом. Разрыв нескольких таких подарков мог сорвать наступление полка или даже целой дивизии. Морально. Психологически. Слишком уж чудовищными выглядели взрывы таких фугасов посреди поля.
Чуть позже в Босфор вошло две ЛАГ, заранее переброшенных из Балтики. Что позволило поддержать наступающие силы не только авторитетом линкоров, но и авиацией с тяжелых ударных авианосцев. У османов ведь почти все авиационные части воевали в Персии и на Кавказе. Да, кое-что прикрывало Стамбул. Но этих самолетов было немного. И большая часть из них уже была сбита системами ПВО десанта и кораблей. Так что, всего через три-четыре часа после начала наступления войска Империи добились локального господства в воздухе. Которое реализовывали по полной программе.
Как? Несложно догадаться. Авианалеты — дело хорошее. Но в условиях всей этой чехарды и движухи разведка играла определяющую роль. Где кто находится. Куда идет. Какими силами. Все так быстро менялось, что в штабе, управляющем операцией, головы у людей просто дымились и вспухали.
Хорошо хоть радиосвязь была нормально поставлена. Без нее обязательно получились бы массовые накладки. Плюс внешний вид бойцов Империи слишком уж хорошо идентифицировался с воздуха, исключая накрытия своих же частей дружественным огнем артиллерии или авиации. Да, в основном самолеты с ЛАГов летали на разведку. Но «в основном», не значит «только». Поэтому в воздух поднимались и двойки истребителей, и штурмовики, наносящие удары по узлам управления и артиллерийским позициям османов. Упреждая их развертывания. Там и тогда, когда корабли просто не успевали или не доставали.