Принесли кофе.
Секретарь прикрыл дверь.
Николай Александрович прошелся по кабинету. С усмешкой глянул на одну из панелей. И достав из хьюмидора ароматную кубинскую сигару, отсек ей кончик специальной гильотинкой. И, воспользовавшись специальной длинной спичкой, раскурил.
Немного посмаковав это табачное изделие, он отхлебнул горького кофе из зерен слабой обжарки. Поморщился от удовольствия. Еще раз отхлебнул. И сел на диван, откинувшись на спинку с самым блаженным видом.
Едва слышно скрипнула панель, выпуская Клеопатру.
— Видишь, — произнес Николай Александрович, не открывая глаз и не меняя позы, — у нас только рабочие отношения.
— Мне кажется, что для рабочих отношений ваши слишком вульгарны.
— Что поделать… — едва заметно пожал плечами Император. — Марта — опытная женщина. Она умеет и любит использовать свое тело и свой шарм для того, чтобы расположить к себе собеседника.
— А на что она намекала?
— Игра слов, не обращай внимания. Она меня просто дразнит. Как ты заметила, я ее тоже немного дразню. У нас давно такая игра.
Клеопатра остановилась перед мужем. Замерла на несколько секунд. А потом задрала юбку и села на него также, как до того разместилась Марта. От чего у Николая Александровича от неожиданности округлились глаза, и он чуть было не подавился сигарой.
— Меня тоже оттолкнешь, — с самым озорным видом, поинтересовалась супруга, нависнув над ним своим декольте.
Император замер на несколько секунд, разглядывая лицо Клеопатры. Потом бросил на керамический подоконник сигару и без всяких сомнений прижал ее к себе.
— Тебя — нет.
— Но ты ведь изменяешь своей работе.
— С тобой и изменить не грех. — Усмехнувшись, произнес Николай Александрович и зарылся лицом в декольте супруги…
[1] Эндорфин — это гормон счастья.
Часть 3. Глава 5
1925 год, 18 июля
Вводимые войска в прорыв укреплений на Эльбе расширяли и раздвигали плацдарм. Просто и технично. Впрочем, без слишком уж больших напряжений сил, а потому не очень быстро. Однако это и не требовалось. Главный штаб нуждался здесь в коридоре, сквозь хорошо эшелонированные долговременные укрепления. Не более. Штурмовать все эти доты в планы не входило. Слишком уж их много было.
Завершив накопление сил и отразив местные контратаки, войска перешли в наступление. Не так чтобы энергичное. Нет. Опять-таки осторожное. Ведь спешить не требовалось. Вот они и отрезали левый берег по нижнему течению Эльбы вдумчиво и осторожно. С довольно крупной группировкой Альянса, развернутой для прикрытия важной военно-морской базы противника — Вильгельмсхафена. Да, корабли уже оказались в целом либо потоплены, либо сильно повреждены. Но база никуда не девалась. Как и инфраструктура вокруг нее. В том числе авиационная и тыловая. Так что в Генеральном штабе Альянса не спешили перебрасывать войска отсюда на другое направление. Кроме того, нависание над флангом крупной группировкой сил выглядело довольно заманчивым в стратегическом плане. Ведь это у Альянса было много войск, и они продолжали наращивать их численность. У Империи имелись определенные сложности с количеством. Поэтому решение, вынуждающее держать на этом, в целом довольно отдаленном участке театра боевых действий значимые силы, выглядело крайне невыгодным именно для Империи.