А следом включились крупнокалиберные пулеметы, установленные на гусеничных бронетранспортерах. Тоже — аргумент. Особенно при обстреле незащищенных или легко защищенных позиций. Одна пуля — и человек если и жив, то полностью не дееспособен. Это тебе не подарок обычного винтовочного калибра. Там может убить, может вывести из строя, а может и нет. Вроде ранен. Вроде активность сильно снижена, но он вполне в состоянии стрелять лежа, например. Или под адреналином бежать вперед, даже с обвисшей от ранения рукой. А с крупнокалиберным пулеметом такие шутки уже не пройдут. Там если прилетело — так прилетело. Выжил — уже чудо. Но не то что воевать, даже рыпаться ты уже скорее всего не сможешь. Из-за чего продуктивность обстрела открыто расположенной пехоты намного выше. Да и на психику такой обстрел давит сильнее. Ведь если такие пули залетают в голову, то разбивают ее в дребезги, а конечности банально отрывают. То еще зрелище для окружающих.

Пара минут — и все кончено.

А остатки противника разбегается в разные стороны.

И тут — от соседней рощицы открывается огонь.

— Зенитки! — Кто-то заорал в эфир по рации.

В этой грязи и летней траве танки видно было плохо. Поэтому не все выстрелы могли найти свою цель.

Бух! Шлепнулся бронебойный снаряд, уходя в раскисший грунт.

Бух! Туда же отправился его коллега.

Бам. Бам. Бам.

Застучал взвод легких гусеничных самоходок, приданных для усиления механизированному батальону.

Они были построены на базе тех самых боевых машин пехоты, то есть, легких танков с модульной системой вооружения. На базе. То есть, ходовую платформу имели туже. А вот вместо башни имели большую, просторную рубку, открытую сверху. А сзади у нее был откидной борт. В этой рубке то и был расположен 90-мм миномет. Самый, что ни на есть обычный. Его в любой момент можно было вытащить и использовать отдельно, а саму самоходку применять как бронированный гусеничный грузовичок или легкий тягач. Например, для доставки снарядов или транспортировки полевых орудий. Таких в армии было много.

Так вот — эти самоходки успели отреагировать быстрее танков или даже бронетранспортеров. Они просто ехали в боевых порядках батальона в тылу. Отставали. Поэтому, когда с дальней опушки открыли огонь — она оказалась им прямо по курсу. Вот их артиллеристы и отработали, обрушив на эти зенитки противника град осколочно-фугасных мин.

— Доложить о потерях, — мрачно произнес Тухачевский в микрофон переговорного устройства. И радист тут же начал этот приказ передавать дальше.

Оказался подбит один танк и два бронетранспортера. Причем если одному двигатель разворотило, то второму снаряд угодил в десантное отделение, и он теперь напоминал неудачно вскрытую банку с тушенкой.