Тяжелое снаряжение.

Для обычных полевых войск.

Но они были необычные полевые войска.

Поэтому, сев на велосипеды, первая волна покатилась решать вопросы с береговыми батареями у пролива. Ночь ведь. Тишина.

Александр бы выделил им несколько грузовиков. Он его высказывал. Да, шумно. Зато быстро. Никто ничего не успеет понять. Однако в штабе такой шаг посчитали не правильным. Так что теперь первая волна десанта крутила педали, продвигаясь вдоль береговой линии Фракии на юг.

Бойцы выгрузились и ушли, оставив берег вновь пустынным.

В темноте это выглядело немного жутковато. Казалось, что тьма поглотила всех, кого изверг из себя флот. Вторая волна десанта появилась на берегу через полчаса. Снова освещение и суета.

Эти бойцы уже были вооружены штатно. Им ведь надлежало действовать при свете дня, поддержав огнем своих товарищей из первой волны. Поэтому с ними выгружали не только велосипеды, но и мотоциклы. Двухколесные. И легкие прицепные тележки для них, которые наверх выносили на руках. Ничего тяжелее тут выгрузить было нельзя. Даже предлагаемые Александром грузовики вынуждали менять точку десантирования. А это риск. Поэтому-то в штабе и отказались и от грузовиков, и от много чего другого. Внезапность показалась им важнее.

Самураи тихо подкатывали к батареям в ночи и молча, без лишних слов всех там вырезали. Местами стрельбой, а местами и клинки пуская в дело. В темноте то. Кое-где образовывались проблемные участки. Но включаемые задвижкой противогазы на полумасках и химические гранаты делали свое дело. Османы даже не успевали понять — кто это… что это…

Да и как понять?

Облик этих ошпаренных на всю голову самураев совершенно не походил ни на что, к чему они привычны. Команды отдавались на японском, которого никто из местных даже опознать не мог, не то, что понять. Поэтому даже там, где удавалось передать в центр радиограмму или еще как сообщить, рождались лишь какие-то панические заявления. То про демонов, то про еще кого сказочного. Лиц то не видно. Шлемы странные. Вид странный. Говорят странно. Все странное. Вообще все. Плюс еще традиционный черный японский лак, покрывающий доспехи глянцевой тьмой, добавлял жути…

Когда в столице Османской Империи сумели хоть как-то разобраться в происходящем и начать предпринимать какие-то шаги, крепость Румелия на фракийском берегу Босфора уже пала. И там началась выгрузка тяжелых десантных кораблей. То есть, всевозможной колесной техники, включая артиллерийские самоходки и бронетранспортеры.

И штурмовые роты да батальоны «Цветка сакуры» уходили, по мере выгрузки и развертывания, по намеченным им целям. Благо, что тяжелая колесная была очень подвижна, а каких-либо значимых полос обороны тут у османов не имелось. Одна колонна рванула на аэродром, прикрывающий столицу. Другая — на аэродром, прикрывающий Босфор. Третья — еще какую-то цель имела. Прикладную. Конкретную. Хорошо разведанную загодя. И так далее. И тому подобное.