Не натыкаться взглядом на нечеловеческие зрачки…
— Повернись. Палёным уже пахнет.
* * *
— Да, слушаю вас. — … — Сегодня он пил много алкоголя и активно интересовался следствием. — … — Абсолютно. Нажрался, как скотина. Довезли до кромки леса, может он прям там перекинулся. Через час его у реки видели, он еле смог переплыть. Я на своей стороне мужиков по ложному следу через рацию направил. — … — Укокошили они его бы, точно. — … — С первым всё по-старому? — … — Может, вы молодого сразу заберёте тогда? Я не смогу такую ораву по лесу вокруг его дома водить один. — … — А если оба выживут? — … — Ну, лечите сколько хотите. Только после такой аварии он у вас в коме до конца жизни валяться будет. — Понял. Попытаюсь поставить ещё две камеры ближе к дому. Отбой.
Глава 12
Пока я была погружена в свои мысли, волк уже обсох. Я не смогла спрятать страх, когда зверь встряхнулся и без единого звука двинулся ко мне.
Его взгляд стал расфокусированным, безразличным.
Оборотень приблизился на безопасное расстояние к диванной подушке, на которой я сидела. Почти у самого огня, как мне казалось, в недосягаемости. Переступил лапами, нетерпеливо облизнулся и схватил меня за ногу.
Я попыталась было что-то сказать, отвлечь, но тщетно. Когтистая лапа уверенно тащила меня к себе, подальше от спасительного жара.
Он сжал мою лодыжку, повёл лапой поверх моих тонких пижамных штанов.
Я вытянулась в струнку, прижимаясь спиной к дивану. Изо всех сил старалась не смотреть на чёрную бестию, хотя прекрасно осознавала, что она сейчас пожирает глазами моё перекошенное страхом лицо.
Надо смотреть на огонь. Думать о том, что скоро взойдёт солнце. Оно обязательно взойдёт…
— Ранки твои зажили, да? Это хорошо.
Он пихнул меня, вынуждая подняться на диван. Схватился за штаны, дёрнул их вниз так, что ткань затрещала. Потянул мою маскарадную рубашку в стороны и пуговицы отлетели.
С минуту рассматривал обнажённое тело, раздувая ноздри и щурясь. Следил, как мои щёки начинает покрывать румянец, как испуганно и нервно трепещут мои ресницы.
Потянулся к груди, припал к соску, принимаясь вылизывать и дразнить.
Я задрожала от отвращения и схватила волка за ухо. Скрутила, стараясь сжать побольнее, оттянула назад. Он тут же угрожающе зарычал:
— Лучше пусти. Не беси меня. Я могу сделать тебе больно, а могу приятно. Тебе решать.
Я заглянула оборотню в глаза. В них бушевала звериная похоть, ярость и неописуемое желание.
— Уж лучше бы ты убил меня там, в лесу… Я верила, что ты больше не сделаешь это со мной.
— Прости, не могу прекратить. Ты такая чистенькая и вкусно пахнешь… Я возьму тебя в любом случае. Представь кого-нибудь другого на моём месте. Певца там какого-нибудь красивого или парня своего, если был… Расслабься, птичка. Не сопротивляйся…