— Тогда что? Снова кошмар приснился? Давай полежим вместе, я тебя обниму…

— Нет! Не вздумай меня даже трогать!

Я не удержалась и крикнула. Шарахнулась в сторону от протянутой ко мне руки мужчины.

Было видно, как лихорадочно он пытается понять, что происходит.

— Я тебя чем-то напугал? С утра был грязный снова, ты видела? Что не так? Объясни мне, прошу.

Я была в отчаянии. Думала, что смогу говорить холодно и резко, безучастно смотреть, безжалостно требовать ответы, но все пошло коту под хвост. Меня била дрожь, губы дрожали, а в глазах накипали слёзы…

Как он успел так глубоко поселиться в моём сердце…?

— Где ты этому научился? Как ты это всё придумал? Кто тебе дал разрешение играть чужими жизнями? Может, ты настолько мастерский актёр, что и воспоминания о ночи у тебя все сохранились? А может, ты вообще не меняешься башкой⁈

Я выплёвывала слова, задыхалась.

Эрик задумчиво рассматривал моё покрасневшее лицо, по-детски теребил простынь указательным пальцем, а затем почти безэмоционально сказал:

— Значит, ему было видно чуть больше, чем я думал. Жаль, что он успел рассказать тебе первым.

Воздух выбило из моих лёгких так, словно меня с силой ударили в живот.

Больно.

Больно!

— Так ты только собирался…? Эрик, как же так⁈ Я доверилась тебе, я открылась… А узнаю такую гадость от своего насильника! Я ведь все варианты перебрала. Может, ты болен? Психическое расстройство или что там ещё… Если бы ты только рассказал сразу, но нет, сценарий повторился! Что ты делал с этими девушками, почему они молчат до сих пор, как ты их запугал⁈

Эрик вдруг стал каким-то странно отрешённым и меня это взбесило ещё сильнее. Ему плевать? Хотя, если он только играл и забавлялся, то о чём сейчас переживать? Игрушка сломалась — найдём новую.

— Кэтрин, я не знаю, что он тебе сказал, но он явно не всё понял. Скажи мне что конкретно тебя так задело и я тебе объясню…

— Да прекрати уже! Я знаю всё. Ты мне врал, никогда ты тут не сидел в одиночестве. Знаю, как ты таскал сюда беззащитных жертв и развлекался как мог.

— Жертв…?

Эрик поднял вдруг голову и посмотрел на меня каким-то странным взглядом. Уголки его губ поползли вверх.

Улыбается? Смешно ему? Совсем, что ли, сошёл с ума…

— То есть ты находишь это забавным? Ты считаешь можно издеваться над людьми, которые тебе верят? Обхохочешься просто. То, что ты сделал — это просто ужасно.

— Так что же я такого сделал? Мне теперь и самому интересно узнать.

Бирюзовые глаза загорелись наигранным весельем.

Я ущипнула себя за руку, пытаясь вернуть самообладание.

— Скажу сама, раз ты такой трус. Ты использовал девушек, зная, что не можешь ответить взаимностью. Или не хочешь. Мне всё равно в общем-то. Ты притаскивал их сюда, создавал видимость заботы и любви, чтоб тебе отдавались, а потом просто выкидывал на улицу! Я повелась на твою доброту, а ты, оказывается, методично делал из меня шлюшку для своей коллекции? Каждая из них ждала тебя, веря, что ты любишь, что настроен серьёзно. Но они и не догадывались, что ты, возможно, уже ищешь новую! Они не знали, что ты и в половину не влюблён, как…