Настроение было преотличным, и Вася размечтался:
— Вот заработаю еще, домик построим! Малый, шобы только кухня и спаленка. Утром встаешь — птицы поют! Красота!
— Фазаны кудахчут, — вспомнила Оля, настроение испортилось из-за предстоящей тягомотины с Романом, но она заставила себя сказать: — Нельзя на том участке строить домик, потому что после развода не было раздела имущества.
Рома бы прибил за такие новости, Василий лишь усмехнулся:
— Ну и ладно. Купим рядом, там же есть участки?
— Да, мы покупали прям с домом совсем задешево, кажется, восемьсот баксов.
— Вот и хорошо. — Вася накрыл рукой ее ладонь. — Мы же больше заработали. Купим с домиком.
Оле совершенно не хотелось тратить свои деньги на участок, когда один уже есть, но она кивнула и промолчала.
— Инжир посадим и хурму. Черешенку обязательно! — Вася мечтательно закатил глаза. — Я сам хочу дом построить… И сына. И дерево. Ничого из этого не зробыв.
Он выжидательно уставился на Олю, она залилась краской, понимая, что ребенок на старости лет — это не очень хорошо, но это ж будет Васин ребенок!
— Ты не бойся, я буду допомогать тебе, — пообещал он. — Алёшей назовем. Уволишься наконец с дурной своей работы, она же копейки приносит! Я зарабатывать умею.
— Я же старая, — проговорила Оля и добавила: — чтобы рожать.
— Да яка ты стара! Вон красавица, и молодая! Все мы успеем, и воспитать, и на ноги поставить. А деньги, деньги будут.
Оля задумалась и поймала себя на мысли, что увольняться ей не хочется, к тому же у нее уже есть трое самостоятельных детей, возиться с малышом будет тяжело. Но ради Васи… ради него — можно!
— Мы ж с Людкой чего разбежались, она не хотела детей.
— Ей же за сорок! — воскликнула Оля.
— Да ну ее, — махнул рукой Вася, подхватил Олю на руки и понес в спальню.
Глава 16 Первая ступень
18 мая 1994 г., среда
Сегодня я специально проснулся пораньше, чтобы встретиться под шелковицей с Гаечкой. Она должна принести доработанную стенгазету, над которой мы вчера корпели целый день и до ночи. Нужно было просто отдать ее на суд директору, Саша одна боялась к нему идти, хотя предварительно он одобрил нами предложенные темы. Но одно дело — просто формулировки, другое — их реализация.
Вдруг наш юмор покажется ему слишком черным?
Пока клевал носом, сидя на одиночном сиденье автобуса, я думал о маме. Позавчера она так и не позвонила, не отчиталась, но, судя по звукам, которые я слышал, все у них было хорошо, и она просто забыла на радостях, как и забыла положить трубку на место. Так и оказалось, она реабилитировалась во вторник утром.