На темном фоне — медный заварник для чая и россыпью — сочные черешни.
— Круто, — оценил я. — Аж съесть их захотелось.
Немного засмущавшись, Боря показал третий натюрморт: груша и лампочка прислонились друг к другу.
— Если не понравится, я сам буду ее продавать. Захотелось просто нарисовать необычное.
— Мне нравится! — оценил я. — Очень концептуально. Это и есть творчество, когда смотришь на привычные вещи под необычным углом. Срисовать каждый может, а придумать свое — вряд ли. Осталось купить рамочки — и в павильон.
Боря протянул руку. Я понял без слов и положил ему на ладонь десять долларов. Брат поклонился и ускакал вприпрыжку.
Только я уткнулся в книгу, как пришла Наташка и сказала:
— Мама тебя на день рождения звала?
— Нет, а что она решила?
— Отмечать у бабушки, в кругу семьи, — пожала плечами сестра. — Мы, Квазипуп, Ирина со своим Мишей. Что будем дарить? Давай скинемся и положим в конверт десять баксов?
— Десять баксов я положу от нас всех, а вы купите сладости, цветы и прочие мелочи.
Сестра кивнула и добавила:
— Дед вроде согласился приехать летом. Класс!
— Кстати, тобой директор интересовался, просил раздобыть афишу премьеры с твоим именем в списке актеров, хочет на доске почета разместить.
Наташка вспыхнула, задумалась.
— Есть такая, и без фотографии, а то пририсуют рога или усы… или член. Мне бы не хотелось.
— Он грозился прийти, интересно ему.
— У меня пять пригласительных осталось, — засуетилась Наташка, опять задумалась — видимо, решала, кому их раздать.
Уверен, что мамин день рождения пройдет штатно. Больше было интересно Наташино выступление. Я ждал его и переживал за нее, как за себя.
Глава 6 Лучший зять сезона
Мамин день рождения мы решили отмечать день в день, шестого мая, в пятницу, у бабушки. Хотели собраться в субботу в три дня, но у Наташки репетиция, ведь в следующую субботу — премьера, а тетя Ира уходила в рейс и договориться ни с кем не смогла, к тому же ее Миша устроился на работу к Каналье и освобождался поздно.
Так что после долгих споров сошлись на пятнице. Единственное, кто при этом пострадал — мы с Борей, пришлось проигнорировать тренировку. А вот Каюк не стал, плюс Миша ему жутко не нравился, потому что наглый.
Прошлый я сильно из-за этого расстроился бы: это как — пропустить важное и нужное, чтобы киснуть со стариками, слушать их старперские разговоры. Нынешний я понимал, какие старики хрупкие, сейчас — последние годы активной жизни моей бабушки. Еще немного, и солнце покатится в море по склону горы. Каждый день будет отнимать у нее немного сил и приближать к беспомощности. Пусть порадуется, ведь мы — главная составляющая ее радости.