— В каком это «таком»?

— В трусах, — ответила Еленочка.

Карась, Заславский и Плям заржали. Натка побагровела.

— Это шорты! Джинсовые! И они нормальной длины.

Еленочка ехидно улыбнулась и елейно проговорила:

— Позвать Геннадия Константиновича, чтобы он обозначил тебе границы допустимого? Еще в сентябре я говорила, что запрещено появляться в обтягивающих ярких лосинах, мини-юбках и тем более мини-шортах, купальниках…

И снова веселая троица заржала, Еленочка продолжила:

— Я закрывала глаза на джинсы и яркие блузки, на лосины тоже закрывала глаза, и чем больше давала вам свободы, тем сильнее вы садились на голову. Два дня в году! Два единственных дня: первого сентября и двадцать пятого мая вы должны выглядеть, как ученицы, а не как девочки с трассы…

— А Фадеева не пришла, — осклабился Карась, но улыбка слетела с его лица, когда он посмотрел на Еленочку внимательнее.

— Неужели это так сложно, а? — Она продолжала сверлить взглядом Попову.

Натка вины за собой не чувствовала, напротив, ощущала себя декабристом на площади, свободу которого удушают, и неслась на волне протеста:

— Я нормально пришла! Жара, вон, какая, девочка в обморок упала. Или вы хотите, чтобы и я…

— Ну хватит уже, — не выдержала Баранова, принявшая сторону учительницы.

— Можешь идти домой, — с трудом подавляя злость, говорила Еленочка. — Я поставила тебе прогул. И еще раз говорю. Раз вы такие неблагодарные, — она окинула взглядом всех, — с первого сентября вводится школьная форма: светлый верх, темный низ.

— Права не имеете, — заорала Наташка.

— Отчего же, в нашей школе форма не упразднена, а то, что вы ходите, как хотите, на то моя добрая воля. Но она закончилась.

Еленочка открыла кабинет и встала в дверях, как швейцар.

— Попова, ты в класс не зайдешь.

— Права не имеете меня выгонять! — уперлась Натка. — Я буду жаловаться!

— Вперед!

Прошлый я был бы всецело на стороне Поповой, потому что баба Яга всегда против, нынешний хотел схватить и оттащить Натку, но обе стороны конфликта уже вошли в состояние аффекта. Я сместился к Гаечке и Лихолетовой:

— Можете Попову утихомирить, а то драка будет.

— Чтобы она мне морду расцарапала? — шепнула Саша. — Нет, не могу.

Тем временем конфликт набирал обороты.

— И че вы мне сделаете? — ехидно скалилась Попова. — Вытолкаете из кабинета? Ну, попробуйте!

Вот теперь ее надо хватать и обездвиживать. Я ринулся к Поповой, но не успел, она оттолкнула Еленочку — та чуть не улетела, хотя была почти вдвое выше, ну точно шар и кегля — ворвалась в кабинет, уселась на свое место.

Еленочка не повела себя как старший мудрый товарищ — она набросилась на Попову, вцепилась ей в волосы и принялась вытаскивать из класса. Натка визжала и пиналась.