— Что у них там опять? — спросил Илья. — Опять комиссия?

— Наташка сегодня сдает историю, может, это к ним, — предположил я. — Или просто гостям понравилось, как кормят. По-любому кто-то должен быть, и, как ни крути, наши будут переживать.

— Лишь бы к нам не совались, — проворчала Гаечка, она очень старалась, но алгебра давалась ей тяжело.

Саша математику зубрила, вникала, остальное щелкала как семечки.

— Саша, если ты не сдашь, то кто сдаст? — попытался ее утешить Илья.

— Ты и Паша. Может, Баранова.

— А я? — возмутился Памфилов.

— У тебя, у Димы шансов, как и у меня.

Рамиль сморщил нос:

— Мне и трояка хватит, на трояк я знаю.

Из нашей команды только он усиленно не готовился, как обычно, все время проводил, помогая родителям на рынке.

Когда дверь учительской в очередной раз клацнула, все повернули головы и увидели математичку, вторую математичку, директора, двух теток, что были в прошлый раз, и еще двух.

— Бли-ин, — протянула Гаечка.

Когда процессия скрылась в кабинете математики, и там загремели столы, я сказал:

— Не паниковать! Никто не будет нас валить, у них все договорено.

— А если нет? — засомневалась Гаечка. — Если под директора копают?

— Ну а смысл трястись? — поддержала меня бледная и красноглазая Баранова. — Чем делу поможешь? На русском нас не валили и сейчас не будут.

И снова всплыла память взрослого, как он-я читал статью, где какой-то долбоящер доказывал, что система образования в СССР была бутафорской, на экзаменах комиссия пряталась за букетами, родители накрывали столы, учителя на экзамене ходили между партами и подсказывали, а отличники, если ошибались, переписывали свои работы. Аж в рожу хотелось дать автору статьи. Может, где-то так и было, но подобные случаи единичны, до его статьи я и предположить не мог, что такое возможно! Сюда бы его, на алгебру к нам, да на первую парту, пусть на своей шкуре прочувствует, как оно.

Впрочем, автор вброса, скорее всего, или еще не родился, или пускает слюни в колыбели и угукает, как раз подрастет к ЕГЭ, не к ночи, к утру и ко дню, да и вообще когда-либо будь помянуты.

Алгебра — не диктант, тут будет около шести вариантов. И мы с Ильей договорились помогать троечникам не получить «пару». Для этого они должны написать условия простейших задач на маленьком листке, мы им решим и постараемся незаметно передать. Если это будет возможно, конечно. Судя по количеству членов комиссии — вряд ли получится.

Открылась дверь, и мы расселись сперва по одному, потом досаживались опаздывающие. Любка села к Илье, ко мне — вечно сомневающаяся Гаечка, к Барановой — Семеняк. Карась не успел к кому-либо примкнуть, постарался — к Памфилову, но Ден его прогнал, оставляя место для Рамиля.