— Запомнили своих инструкторов? Хорошо. Инструкторы, теперь ищите удобное место, где поменьше камней. На глубину не ходить никому.

— И мне? — разочарованно спросил Саня-пловец. — Я умею — с ластами!

— И тебе. Море коварное. Когда посмотрю, как ты плаваешь, буду решать

Дети уже плескались, баламутя воду, визжали и брызгались, и море казалось скорее бело-пенным, чем голубым, а в роли буйков выступали три воспитателя, стоящие по грудь в воде и обозначающие границы дозволенного.

Первым я взял Санька, мы вошли в воду по колено. Демонстрируя осведомленность, Санек поплевал в маску, ополоснул ее и надел, убрав волосы из-под резинки, чтобы не затекала вода. Что поделаешь, это в будущем множество средств от запотевания — антифогов, сейчас самое действенное — слюна. Я похвалил его и рассказал, как обращаться с трубкой, на будущее — как продуваться. Санек надел ласты и под моим присмотром погреб туда, где поглубже, все время оборачиваясь, чтобы я не отстал. Вода была кристальная, какая редко бывает летом, и нашествие москвичей пока не взбаламутило ее.

Вскоре над поверхностью замелькали трубки ныряльщиков и головы инструкторов, то есть наших. И еще плюс немного к репутации с ними: с нами можно на глубину! Не далеко-далеко, но хотя бы там, где по грудь.

— Чумаков! — разнесся крик Нины Игоревны. — Юра Чумаков! Немедленно вернись в зону купания!

Чума отплыл метров на двадцать от берега — выпендривался, показывал, что он тут самый дельфин, и то ли не слышал воспитательницу, то ли игнорировал ее крики, а она, бедолага, голос себе сорвала, аж захрипела. Старшие смотрели на него с завистью, но не рисковали повторять подвиг.

Рядом с моим Саньком плавала глазастая Юленька, ныряла, извиваясь, как змея, и ее медные волосы колыхались, будто водоросли, и жемчугом переливались под водой пузырьки выдыхаемого воздуха. Санек плескался вокруг нее, вспенивая воду, как маленький катер, и за ним тянулся белый след. Появился — исчез — появился, извергая воду из трубки, будто кит. Вскоре они стали нарезать круги сперва вокруг меня, затем вокруг Гаечки, которая напрягалась поначалу, а потом расслабилась и присоединилась к ним. Я остался наблюдать — кто-то же должен следить за их безопасностью.

Сколько было счастья! Просто море счастья!

Вот они, бегущие по воде круги от брошенного мною камня. Сотни кругов! Время на таймере убежало далеко вперед, значит, эти ребята здесь обретут что-то важное, способное изменить реальность потом. При мысли об этом стало радостно.

Ко мне подплыла Любка, встала на камень, поросший бурыми водорослями — темная футболка облепила бедра. Я проследил направление ее взгляда и предположил, что она наблюдает за Чумой.