– Горыня вошел в разлом, прямо к ним, – прошептал Никита. – Я хотел тоже, но он устроил обвал. Он остановил их ценой обвала. А меня выбросил сюда.

– Если он чувствует горы, то, может, сумеет спастись, – ободряюще произнесла Ева, хотя голос у нее жутко дрожал. Да и саму ее колотило от страха и сочувствия.

– Он погиб. Я чувствую. Связи больше нет. Это как будто… сеть пропала. – Никита горько усмехнулся.

Ева почувствовала движение за спиной и обернулась. Оказывается, Вий тоже подошел к ним и теперь стоял, прикрыв глаза.

Ей хотелось крикнуть в лицо властителя подземного мира: «Доволен?» Но долгие часы безмолвия сделали свое дело: она не стала попусту тратить слова, потому что и так видела ответ на его лице. Не доволен – раздавлен.

– Я думал, он поймет, что не справится, и отступит. Вернется сюда, к нам, – негромко произнес Вий, и Никита вскинул на него голову, но ничего не сказал.

– Горыня поплатился за глупость Кощея, – заметила Мария Марковна, и все повернулись к ней.

– Это ты пересекла Предел, матушка, – негромко сказал Иван, не поднимая головы. – Поэтому все так случилось.

– Так случилось, потому что твой отец – глупец, который решил нарушить равновесие! – повысила голос Мария Марковна.

– Ты права, – подал голос Кощей. – Но я был готов все исправить.

– Ты лжец. Ты готов на все, чтобы вернуть власть и былое величие. Но, на твою беду, это теперь у нас.

Она указала на яйцо жар-птицы, которое Вий все еще держал в руке.

Вий тоже посмотрел на яйцо, как будто увидел его впервые. Кажется, смерть Горыни подкосила его сильнее, чем он сам от себя ожидал.

Ева подумала о великане, которого боялась и ненавидела за непредсказуемость, злобность, за грубость по отношению к Никите. Перед тем как вызвать обвал, он вышвырнул в подземный мир непутевого племянника, хотя мог разделить с ним смерть. Таким ли уж злым он был?

Вий поднял яйцо на раскрытой ладони.

Женька подобрался и беспокойно оглянулся. Еве показалось, что он хочет выхватить яйцо. Видимо, так показалось не только ей, потому что Кощей, качнув головой, произнес:

– Яйцо нельзя отнять силой. Только отдать доброй волей.

– А если попробовать? – В голосе Глеба проскользнуло неуместное любопытство.

– Вы можете попробовать, Глеб Семенович. – Мария Марковна подошла к Вию и положила ладонь на его плечо. – В этом случае вы быстро и безболезненно умрете, а яйцо вернется к его владельцу.

– Засада, – выдохнул Женька.

– Даже уколовшись иглой, ты не сможешь вернуться в верхний мир, – произнес Кощей, глядя на застывшего брата. – Ты же знаешь: ты оставлен здесь навечно.