— А вы считаете, она там есть?

— Нет, что вы, я ничего не утверждаю, в суждениях я опираюсь только на факты. Мне поручена миссия, и проверка светлейших — одна из моих обязанностей. Ещё раз извиняюсь, за доставленные неудобства, но это — необходимая процедура.

— А если я откажусь?

— А зачем? — приор насторожился. — Вам есть что скрывать, Даниил Святополкович?

— Нет, мне нечего скрывать.

— Прекрасно! Тогда монах возьмёт у вас кровь, и вы будете вне подозрений.

— Чтобы узнать, принимаю я сыворотку или нет, вам не обязательно брать кровь. Вы можете спросить об этом напрямую, — сказал я.

— И что же вы ответите? — тонкие прямые губы приора растянулись в скептической улыбке.

— Что я принимаю сыворотку.

— Действительно? Хм. Что ж, честность — достойное качество. Значит, у нас с вами не возникнет недопонимания. К сожалению, до окончания карантина, вам, Даниил Сятополкович, придётся побыть в крепостной тюрьме, а потом вы отправитесь в один из монастырей, где вас излечат от недуга. Ну а ваши друзья тоже вкусили пепельную смолу?

— Вы ошибаетесь, господин приор, — ответил я спокойно. — Я не пойду в тюрьму, и в монастырь не поеду. По крайней мере, пока сам не захочу это сделать. Сейчас я просто отправлюсь к себе домой. Хватит с меня ваших допросов, — я поднялся со стула.

— Думаете, вы можете так просто уйти? — тон приора стал строже. — Я не позволю такому, как вы, разгуливать на свободе.

Приор позвонил в колокольчик.

В комнату вошли два монаха в серых кафтанах и широкополых шляпах.

— Уведите его и заприте в камере, — сухо приказал приор.

Я обернулся к этим двоим, вытянул в их сторону руки, и в тот же миг монахи покрылись чёрными ледяными кристаллами. Я посмотрел на приора, его глаза наполнились ужасом. Он едва дар речи не потерял.

— Как... Этого не может быть... — бормотал он, ошарашенный тем, что артефакт не остановил меня.

— Меня не остановить, — спокойно проговорил я. В моей руке оказался длинный острый осколок льда, похожий на сосульку. Я схватил Игнатия за волосы и воткнул осколок ему в шею, кровь брызнула не коричневую рясу и на стол, заливая книгу, в которой он записывал показания.

На поясе приора висели ключи. С их помощью я снял браслет. И ключи, и браслет я прихватил с собой — такие вещи лишними не бывают.

Теперь надо было действовать решительно. С того самого момента, как за нами приехали монахи из следственного отдела, у меня начала зреть идея. И если во время допроса я колебался, стоит ли задуманное претворять в жизнь именно сейчас, то последнее требование приора рассеяло все сомнения. Теперь я точно знал: никто не должен покинуть монастырь на горе. Все обитатели этого логова уродов сегодня погибнут. Первым делом важно позаботиться о том, чтобы разбежаться не успели, а потом уже делать дело.