Узкий пустой коридор был слабо освещён масляными светильниками на стенах. Я принялся дёргать за ручки дверей, но те оказывались либо заперты, либо за ними находились помещения со всевозможной утварью, инвентарём или продовольствием.

Даша и десятник Гордей расположились за грубо сколоченным столом в просторной комнате с двумя окошками под потолком. Два монаха из следственного отдела сидели на скамьях возле стен. Когда я вошёл, они вскочили, схватившись за сабли, что висели у них на поясах, и один за другим оказались заморожены.

Мои спутники даже понять не успели, что произошло, они сидели и в недоумении таращились на меня.

— Так, слушайте внимательно, — сказал я им, не давая опомниться. — Сейчас мы вырежем под корень всю эту проклятую обитель. Здесь не должно остаться никого. Никто не уйдёт живым.

— Вы желаете войны с церковью? — нахмурился Гордей.

— Она уже развязана, — я показал рукой на одного из замороженных монахов. — У меня не было выбора, иначе они узнали бы о том, что я принимаю сыворотку. А теперь пути назад нет. Полумеры сейчас не допустимы. Да и вообще: я отдал приказ.

— Я сделаю то, что вы велите, — мрачно проговорил Гордей.

Я снял со своих спутников браслеты и тоже забрал себе.

— Ты, Гордей, контролируй двор, — приказал я. — Посмотри, нет ли тут заднего хода, через который могут удрать монахи. А ты, Даша, держи главные ворота. Всех, кого увидишь, убивай без сожаления. Я зачищу здания.

Оружие и прочие наши вещи лежали в смежной комнате. Вооружившись, мы вышли в коридор и двинулись к выходу.

На лестнице столкнулись лицом к лицу с уродливым человеком в серой рясе. Он покосился на клинки у нас в руках, но продолжил идти навстречу. Поравнявшись с ним, я воткнул ему саблю в живот.

На первом этаже мы разошлись в разные стороны. Даша — к уличным воротам, Гордей — во внутренний дворик, я отправился по этажу, открывая все попавшиеся двери.

Но монахов я не находил. Их тут не было.

— Простите, вы кого-то ищете? — спросил длинный сгорбленный человек с деформированным лицом.

— Да, ищу, — я подошёл к нему. — А где все?

— Так в храме служение началось только что. Вестимо, братия вся на служение отправилась. А кто именно вам нужен?

Он не сразу обратил внимание на саблю в моей руке, а когда заметил её, попятился.

— О как! Спасибо, — я рубанул ошарашенного монаха. Тот закрыл лицо рукой, и удар пришёлся по предплечью. Монах вскрикнул. Следующий удар рассёк ему шею.

Покинув жилую часть, я направился в храм — небольшое каменное здание с двускатной крышей и квадратной в основании колокольней.