Тем временем атмосфера в таверне накалилась, торговый люд разделился, принимая сторону одного из болтунов. Жаркие споры грозили перерасти в рукоприкладство. Вместо интересных историй посыпались обвинения в трусости и глупости. Каждый раз одно и то же. Я видел как почтенные профессора с кафедры прикладной элементалистки рвали друг другу волосы, когда кончались аргументы. Неужели мордобой часть человеческой природы? Дефект, который мы не в силах преодолеть.

— Хотите перекусить?

Я покачал головой, но разносчик ушёл не сразу. Он тщательно протер стол, заглянул под него и постоял рядом будто ожидая чего-то. Скверный знак.

Некоторые посетители всё чаще поглядывали в мою сторону с недоумением. Может дело было в том, что я сидел далеко от камина, прислонившись к самой холодной стене. Или народ смущала вода, стекающая с моей одежды. Казаться живым та еще морока. Утопец например не сможет, сколько не старайся: угловатая походка и странное хлюпанье выдаст мертвяка с головой. Пришлось оставить его снаружи, передвинув ближе к таверне.

Однако моя маскировка тоже выходила паршиво, маловато опыта. Во-первых приходилось контролировать грудную клетку. Лёгкие не работали, но она должна двигаться, имитируя дыхание. Затем микродвижения. Живые постоянно шевелятся, чешутся, зевают и покашливают. Мое тело не требовало к себе такого внимания, но неподвижно застывший на несколько часов истукан вызывает тревогу.

— Точно не хотите есть? Ну ладно.

Судя по назойливости официанта я где-то прокололся, сам того не поняв. Может запах подвел? Отсчитав про себя до сотни, я поднялся по лестнице следом за купцом. В обеденной все равно ничего больше не произойдет кроме пьяного мордобоя. Но глупо жаловаться, улов хорош. Часто приходилось долгие месяцы копаться в бесполезных детских сказках, а тут две реальные зацепки. Жаль не удалось узнать про дорогу до замка баньши. Он должен стоять рядом с торговыми маршрутами, выше злополучного Висшира.

Второй этаж состоял из коридора с пятью дверьми. Как участливо напомнил мне служка самая дальняя от лестницы каморка оказалась моей. Ключ я оставил в замке с внутренней стороны двери, слегка провернув. Вряд ли кто-то позарится на моё провонявшее тело, но привычки смертного никуда не делись. Распахнув окно, я убедился что путь отхода свободен, утопец послушно ждет на своём месте и лишь тогда успокоился.

— Призрачная таверна значит. Столько слухов в никуда? А ведь даже название совпадает: последний путь так похож на последний шанс. Проклятье!

Дневник утерян, но память редко меня подводит. Проигнорировав кровать, я подсел ближе к окну и под лунным светом продолжил свои записи на пергаменте могильщика. Помимо новых слухов, занес расчет эссенции смерти для укрепления утопца и описал эксперимент с наполнением его водой. Мысли, не отвлекаясь на нужды тела формировались легко.