— Мирного утра, путники. Нет иных богов кроме бога-императора…
Трое суток до прихода цепных псов? Я был крайне оптимистичен в прогнозах.
— … да будет вечным царствие его на земле и на небе. — закончил малец, склонив голову.
Лысый мужчина спрыгнул с коня и с улыбкой покосился на меня. Не произнести здравницу верховному сюзерену — дурной тон, граничащий с прямым вызовом власти, но я замер, позабыв формальное приветствие духовенства. Святоша шумно втянул воздух носом и отцепил от пояса увесистую цепь покрытую мелкой вязью рун. Вот и поболтали.
Обычно инквизиторы не таскают с собой такие громоздкие вещи. Максимум серебряный ошейник, подавляющий темную магию. Они высокомерно называли его «святыми оковами», иногда цепляя себе на шею, для удобства и доказательства своей непричастности к делам волошбы. Отсюда и пошло нелестное сравнение с псами. Но я уже понял, что мне попался необычный экземпляр.
— Вы чего удумали, святой отец? Нельзя буянить, старшие ругаться будут!
Хорошая попытка, звучит очень натурально. Сам бы поверил, если бы у конюшни не валялось тело с тремя ножами в спине. Уже неважно, кто превратил бедолагу в манекен для тренировок меткости, маховик проблем раскрутился с новой силой.
Глава 6
«Как много проблем удалось избежать, если бы кровные враги разговаривали. Не бросались друг на друга как голодное зверьё, а мирно обсуждали ситуацию. И только после, осознав конечность аргументов доставали оружие». Виктор из Рейвена, ранние сочинения. И судя по печальному началу утра, поздних работ может не быть.
Я бросился в таверну за секунду до удара, повторив акробатический кульбит гнома. Цепь разбила ступени крыльца в щепки, частично погрузившись в землю. Утяжеляющие чары! Для церковника оружие ощущается легче сухой деревяшки, но противника размажет в труху скользящим ударом. Стоило укрепить не кожу, а кости. К тому же цепь заговорена против нечисти, меня воротит от одного вида тиснения на металле.
Святоша не тратил время на разбирательства, не сыпал проклятиями и никого не боялся. Он словно плотник, привычно взявшийся за рубанок, равнодушно делал свое дело. Кровавые надписи в главном зале даже не сбили его поступь. Шаг — взмах, подшаг — удар. Методично и аккуратно, топча огарки свечей.
Мебель разлеталась на куски, мест для укрытия оставалось все меньше, а инквизитор даже не вспотел. Иногда грубая сила — самое эффективное решение. Я толком не успел разглядеть агрессора, но очевидно это тот же самый лысый мужик, сдавший меня в городские казематы. На сей раз я не сдамся без боя, хватит с меня решёток.