Итак, контроль зомби требует расцепления внимания. Провал в поместье доказал, что одной магии недостаточно. Чему там учили на кафедре ментального здоровья? Медитация на дыхании не подходит, сосредоточение на ощущениях тоже мимо. Ритмичные звуки и визуальные образы я так и не освоил. Может зрительные техники? Их практикуют начинающие дрессировщики духовных питомцев. Обучаясь в столичной академии, я не мог раскрыть свою тягу к некромантии. Приходилось идти обходными путями, тусуясь среди элементалистов и интересуясь техниками призыва. Надеюсь это был не напрасный труд.
Сфокусировав взгляд, я старался не обращать внимания на поток мыслей, раствориться в точках на стене. Довольно страшновато отказываться от самосознания даже на секунду. Вдруг сформировав внутреннюю пустоту я потеряю связь с реальностью? Но попробовать стоило, лишь развиваясь можно обрести истинную силу.
Как только начало получатся, фокус внимания сбился. Что-то произошло в реальном мире. Ядро магии внутри меня крутилось как сумасшедшее, напоминая беспорядочный стук сердца. Вдруг перестали ржать лошади. В ночной тишине формировалась эссенция смерти, такая плотная и вязкая, что сомнений быть не могло. В таверне только что умерли люди. Много людей разом. Мои губы расплылись ухмылке. Началось.
Глава 5
«Когда мы входим в деревню, люди разбегаются и исчезают. Захлопываются двери и окна. Они боятся нас и пока страх живёт в их сердцах мы спокойны. Мы побеждаем» . Дневник мертвой орды, из которого я вычитал эту цитату — дешёвая подделка. Зомби не умеют писать. Но сами слова как нельзя кстати подходят к ситуации. Я был абсолютно хладнокровен и спокоен. Чем бы не закончилась ночь, победитель уже известен.
Дверь затряслась под градом ударов и слетела с петель. В комнату забежали пятеро крепких мужчин, во главе с хозяином таверны. А мне сразу стало скучно.
— Жан, ты че дрожишь? Этот хлюпик с глупой лыбой вообще никто.
Сонный разносчик вжал голову в плечи и спрятался за головорезами. Такими сильными, страшными, вооружёнными до зубов. Я аккуратно свернул записи в трубочку и сложил в карман.
— Слышь, летописец! Золото есть? Кольца, амулеты? Учти, продаем твою жизнь, не продешеви!
Он выглядел таким серьёзным, словно рассерженный ребёнок. Не выдержав, комичности ситуации я громко рассмеялся. Из-за повреждённой гортани звук получился хриплый и высокий. Разбойники синхронно отпрянули назад. Гном недовольно пошевелил бровями, чувствуя что теряет авторитет.
— Надо мной ржешь, скот? — с неожиданной прытью он выхватил кривоватый стилет и вонзил его мне в живот — Уже не смешно, а? А? Что за?