Памятуя о судьбе первого зомби, я не стал полностью переносить сознание в миньона. По ощущениям это напоминало управление лошадью в трёх парах плотных рукавиц. Длинными ментальными вожжами я направил его наверх, к живым.

Испуганно пискнув, бывалые головорезы отступили в коридор второго этажа. Спеша, и расталкивая друг друга, они создали хаос, практически вытолкнув долговязого разбойника на утопца. Абсолютно та же техника: влажные тонкие пальцы быстро нащупали шею жертвы и сдавили до хруста. Минус один.

— Оно убило Гарри! Видели, мужики?

— Откуда взялась эта тварь?

— Император сохрани, оно уже мертвое! Как убить труп?

В отличие от зомби, моего слугу не интересовало поедание чужой плоти. Его посмертным фетишем была вода. К счастью в пределах видимости не оказалось наполненной ванной или таза с жидкостью и утопца ничего не отвлекало. Он булькнул и направился на голоса в поисках упущенного гнома.

Было довольно приятно загонять кого-то в тупик, не рискуя ничем. Тем более мерзавцы заслужили. За приоткрытыми дверями комнат виднелись нашедшие вечный покой постояльцы. Положение тел выдавало в моих противниках опытных душегубов, охрану зарезали в первую очередь, купца прикончили прямо в постели, пьяных слуг умерщвляли последними. Аккуратно, практически бесшумно и методично. Сработали перед рассветом, когда сон особенно крепок и отдохнуть решили даже самые убежденные выпивохи.

— Сдохни, монстр!

Из комнаты справа выскочил грузный мужчина с перекошенным от страха лицом. Он воткнул кинжал в ключицу, перерезав сухожилие. Явно метил в шею, но рука дрогнула, с кем не бывает. Утопец привычно вцепился ему в глотку. Хруст. Минус два. Жировые складки под подбородком не спали храбреца.

Вряд ли разбойник знал, что нежить полагается на физиологию лишь частично. Конечности приводятся в движение потоками энергии от ядра, подобного моему. Нет смысла резать артерии и ломать кости. Пока их мини-ядро в целости слуги будут драться.

Толстяк хотя бы попытался. Остальные лишь испуганно жались к стенам, ожидая своей участи. Разбойники привыкли бить первыми, редко встречая отпор. Сейчас от их наглости и самоуверенности не осталось и следа.

Утопец пугал неестественной раздутостью, походкой мертвеца и хлюпаньем, но долго так продолжатся не могло. Человек ко всему привыкает, даже к темной магии. Миньон замешкался, отвлекшись на яркий огонь свечей в настенных канделябрах и этого оказалось достаточно, чтобы потерять инициативу.

— Не ссать, братва, навались разом! — неугомонный гном выбрал идеальную тактику.

Два бугая повисли на руках утопца, ещё один запрыгнул сверху, сдавливая плечи. Остальные орудовали длинными изогнутыми кинжалами, похожими на укороченные сабли. В мгновение ока разбойники рассекли укреплённую кожу, подрубили ноги и перешли к шее. Утопец лишь бессильно сжимал кулаки и клацал зубами. Перерезанные артерии особо не беспокоили труп, но численное преимущество тяжело перебороть. Сказывалось отсутствие грубой силы.