Мы, с оставшимся слугой, перебрались на руках. Веревку оставили и не зря. Вскоре пришлось вернуться ещё раз из-за навязчивой идеи. Я опасался, что скелеты не смогут активировать нажимные плиты, поэтому навесил на них барахло Чана для утяжеления. Судя по его щенячье-умоляющему взгляду, там хранилась еда, но цель важнее, не выламывать же нам каменные плиты из стен.

Коридоры неизведанной области целиком заполняли ядовитые миазмы. Судя по крюкам, авантюристы не смогли забраться слишком далеко. Пар поднимался из небольших щелей в стенах и циркулировал годами, насыщая сам себя. Опытный маг нашёл бы решение, но слухи о наследии ещё не привлекли крупных игроков. Тем больше шансов у моей разношерстной компашки.

Поначалу я рисовал путь, но вскоре отказался от этой идеи. Переходы изгибались и скручивались сами в себя. Иногда попадались лестницы и заниженные галереи, вечный огонь на стенах встречался всё реже. Прошлый Виктор бы запаниковал, но сейчас, в гнилом тумане у меня было все время мира. Я блуждал в тишине и полутьме, ощущая дивное спокойствие.

— Хочешь жить вечно?

Скелет удивленно изогнул шейные позвонки.

— Да нет, не в таком виде. Как человек: мыслить, изобретать, делать выбор. Понимаешь, я многим задавал этот вопрос за последний год, и чаще всего ответ был — нет. Тяжесть рутины подталкивает людей к мыслям о смерти, как избавлении, возможности сбросить груз забот. Это печально, не находишь?

Положив чешуйчатую руку на плечо миньона, я подражал разным голосам.

— Сопляк ты еще о таком судить! Живу полвека, свою толику счастья истратил, и хватит с меня.

— Ах, что скажет Бог-Император? Имеем ли мы право? Это же неправильно, вмешиваться в естественный порядок вещей. Нарушать круговорот жизни.

— Не хочу видеть, как стареют мои внуки. Умирают любимые и друзья.

— Убирайся! К демонам вечность! Мне надо на работу, а то к вечеру ноги протяну!

Второй мертвый авантюрист молча присоединился к нашей беседе.

— Я тоже в шоке! Ладно обыватели, но знать туда же! И маги! Жизнь прекрасна и полна вещей, которых не ухватишь за сотню лет. Многому можно научиться, столько всего узнать. Прочитать горы книг!

Трупы оказались дивными собеседниками. Давненько я не встречал благодарной публики, перед которой не нужно фильтровать мысли и держать маску.

— На волшебников я зол сильнее всего. Десятки рабочих вариантов: сделки с демонами, трансплантация с приживлением, уход в верхние миры, и что у нас есть после сотен лет практик? Король Лич и церковные запреты. У-у-у, как страшно!

Дорога разделилась на три коридора, центральный из которых перегораживала дверь без ручки. На полу перед ней валялся свежий труп. Мне не хватало опыта для точного определения времени смерти, но явно меньше трех суток. Мужчина, по комплекции чуть больше ребенка, и застыл в позе эмбриона, подтянув колени к подбородку. Причем он был абсолютно наг, лишь сжимал в ладонях каменную табличку. Надпись на ней гласила:«Слабые сбиваются в стадо, сильные находят путь в одиночестве. Свобода близко, хватит и вздоха» . Я уже видел схожий посыл, хозяин этого места явно ценил индивидуализм. Однако у меня свои планы.