В палате вдруг стало совсем тихо. Потому что только сейчас парни разглядели нашивки и медаль. Три красных нашивки за ранения. Медаль «За Отвагу».

Славка даже рот приоткрыл.

— Ни хрена себе… Три ранения… Как так-то? Когда успел?

— Пуля в бронежилет, контузия грудной клетки на первом боевом — Я тронул рукой первую нашивку — Потом осколок в шею, потом тоже осколок, но уже в руку. Ну и четвертый раз вот сейчас зацепило.

Витя перестал улыбаться.

— Так ты чего… уже награждённый?

Я пожал плечами.

— Да давно ещё.

— И молчал?

— А что рассказывать?

Танкист внимательно посмотрел на меня. Потом медленно кивнул:

— Понятно… И всё же зря ты это затеял Серый.

Я ничего не ответил. В коридоре послышался шум. Голоса. Шаги. Кто-то громко сказал:

— Здесь.

Дверь палаты открылась. Внутрь сначала вошёл начальник госпиталя, потом какой-то генерал-майор с орденскими планками во всю грудь. За ним ещё несколько офицеров, фотограф и мужик с блокнотом. В палате сразу стало тесно. Генерал привычно улыбался той самой официальной улыбкой начальства.

— Ну что, товарищи воины, как здоровье?

Витя тут же бодро гаркнул:

— Поправляемся, товарищ генерал!

Тот кивнул и тут его взгляд остановился на мне. Глаза задержались на афганке. На нашивках. На медали. И почему-то улыбка у генерала стала уже не такой показной.

— Старший сержант Серёгин?

— Так точно.

— Почему не в парадной форме как все?

— Подворотничок там криво пришит товарищ генерал — Усмехнулся я — Товарищу полковнику из политотдела не понравилось. Вот я быстро и нашёл замену. Полевая форма Советской армии.

Генерал вдруг поднял руку, останавливая замполита, который открыл было рот, чтобы что-то резкое ответить мне, и неожиданно сказал спокойно:

— Ладно. Пусть так. Так даже лучше.

Фотограф сразу начал щёлкать камерой. А генерал раскрыл красную папку.

— За мужество и отвагу, проявленные при выполнении воинского долга на территории Демократической Республики Афганистан…

Палата затихла окончательно. Генерал читал по бумаге ровным голосом:

— Указом Президиума Верховного Совета СССР старший сержант Серёгин Сергей… награждается орденом Красной Звезды.

Красная Звезда. Ну ладно. Значит, Витя угадал. За тяжёлое ранение всё-таки дали орден, а не медаль. Генерал взял у адъютанта коробочку, раскрыл её и шагнул ко мне. Фотограф щёлкнул камерой. Вспышка ударила по глазам.

Орден прикололи прямо к моей старой афганке, рядом с 'нашивками за ранения. Причем генерал сам проткнул дырку под орден шилом, которое ему быстро подал адъютант. Винт больно царапнула через ткань грудь. Я машинально напрягся, но промолчал.