— Передовые группы противника подходят к крепости.

После этих слов началась настоящая паника. Сразу заговорили об отходе.

Полковник первым поднял этот вопрос. Подполковники поддержали его почти мгновенно. На карту легли новые карандашные линии. Маршруты отхода. Направления движения колонн. Районы сбора. Слушая всё это, Морозов несколько минут молчал. Потом не выдержал.

— Вы серьёзно собираетесь уходить?

В блиндаже стало тихо. Один из подполковников посмотрел на него раздражённо.

— А что вы предлагаете?

— Обороняться.

— Чем?

— Тем, что у вас есть. — Морозов подошёл к карте. — Боеприпасов здесь на несколько недель боя. Миномёты целы. Безоткатки целы. Бронетехника на месте. Людей достаточно.

Подполковник покачал головой.

— Лейтенант, ты не понимаешь обстановку.

— Наоборот. Это вы её не понимаете. — Голос Морозова оставался спокойным. От этого его слова звучали ещё жёстче. — Сейчас противник знает, где находятся проходы через минные поля. Знает все дороги. Знает маршруты движения. Если гарнизон выйдет из крепости, то через несколько километров окажется в тех же самых проходах, только уже без стен, без укрытий и без тяжёлого оружия.

Никто не ответил. Морозов продолжил:

— Здесь у вас крепость. Толстые стены. Запасы. Подготовленные позиции. Там будет колонна на дороге.

Полковник что-то быстро сказал советникам. Начался спор. Сначала спокойный. Потом всё более громкий. На карте чертили новые маршруты. Стирали старые. Снова спорили. А снаружи тем временем продолжался бой.

И чем дольше я слушал этот разговор, тем сильнее мне казалось, что главная опасность сейчас находится не за стенами Беркота. Главная опасность сидела здесь. За этим столом. Потому что если гарнизон действительно решит оставить крепость до рассвета, то противнику даже не придётся её штурмовать. Он просто дождётся, когда несколько сотен человек сами выйдут из своих укреплений и пойдут по единственной дороге вдоль Кунара. А уж где эту дорогу перекрыть, духи наверняка подготовили заранее.

Спор закончился неожиданно. Один из подполковников резко ударил ладонью по столу.

— Всё! Решение принято. Гарнизон уходит.

— Это ошибка, — спокойно сказал Морозов.

— Меня не интересует твоё мнение лейтенант.

— А меня интересует судьба людей, которых вы сейчас поведёте в ловушку.

Подполковник побагровел.

— Лейтенант, ты забываешься.

— Никак нет. Просто говорю то, что вижу.

Несколько секунд они смотрели друг на друга. Потом советник ткнул пальцем в Морозова.

— Собираешь свою группу и уходишь вместе со всеми.

— Нет.

В блиндаже стало тихо.

— Что значит нет?