— Но есть метод исключения. Мачо бы не разнюхал про этот план. Должен быть тот, кто сдаст ему нас, верно?

— Почему среди нас? — спросил Француз.

— Потому что это уже не первый раз, когда что-то идёт не так, — покачал головой Бурый. — Я и до этого думал, что есть крыса, но не знал, где конкретно. Грешил на Мачо, что он делает это ради собственной выгоды. Но, как получается, работает он на Брюсселя. По крайней мере, вероятность этого очень высока. А после сегодняшнего случая получается, что крыса среди наших людей. Вернее, случай подтверждает это.

— У Феи тоже может быть крыса.

— Может. Но у нас она есть точно. Ряба — он знал немало секретов о каждом из нас. Он же сплетником был, если начистоту. И умел следить за людьми, наблюдать, подмечать.

— Он мог заметить странности за кем-то, и спроси мы у него, он бы и выдал его, — сказал Панк.

— Верно, — кивнул Бурый. — Он бы его выдал, высказав подозрения, спроси я. К тому же, Шрам, помнишь, я говорил про крысу? Ещё в самом начале, когда вас на машине пытались взять? Ты ехал тогда с Гребней и Фиестой?

— Да, помню.

— Я сказал, что нас сдал тот, кто мог знать про это. Подкинул инфу Чеке. Но знали о тебе четверо — я, Гребня, Фиеста и ты сам. Мне ты был нужен живым, мёртвые не умеют рассказывать правду, а против Чеки нужны были доказательства. Ты сам себя тоже не мог сдать. Оставались лишь Гребня и Фиеста.

Я уже понял, к чему он клонит.

— А потом вы поехали с Фиестой мочить дилера. Кроме вас и меня, об этом никто не знал, и как удачно совпало, что вы «неожиданно», — он сделал знак кавычки пальцами, — наткнулись именно в тот момент на бандитов.

— Хочешь сказать, что Фиеста крыса?

— Я не отрицаю факта, что крыса может быть и у Феи, но у нас она тоже есть. Фиеста знала о плане, и она не рисковала попасть под пулю. Она знала о всех планах, которые пошли у нас по пизде. Но это всё моё мнение, Шрам. Ты замечал за ней странности? Поведение или решения, которые выглядели странно?

Я мог сказать однозначно… да.

Когда мы врезались в магазин на машине, она хотела вывести нас в подворотню, которая на девяносто девять и девять десятых процентов уже крылась противником. Она или не подумала, или знала об этом. В любом случае, странное решение для той, кто в этом деле уже не первый раз. Ещё более странное в том, что Фиеста не поняла, что это засада.

Или когда мы прятались в стрип-клубе: Фиеста не хотела сидеть в нём, хотела пытаться скрыться бегом через улицы, что было очень рискованно. А когда я настоял на своём, она буквально рассвирепела.

Или с наркотиками — она сказала, что уехала разворачиваться, но… так ли это? Действительно, странное совпадение, что именно в тот момент она уехала, а мне пришлось убегать.