— Эй, погоди, погоди, парень, — не выдержал я. — Спину сломаешь! Ты ее не в ту сторону выгибаешь, надо прогнуться, а ты горбишься. Так можно себя травмировать! И вес возьми в два раза меньше, и делай вот так: сначала тянешь спиной, потом уже бицепсом дотягиваешь… Ага, понял? Пошло дело, почувствовал?

— Ага! — удивился один из тех белобрысых пацанов. — Слушай, Серый, так на самом деле тяжелее! Попробуй, а? Дядя дело говорит!

В общем, за те полтора часа, что я находился в зале, я фактически провел с ребятками классическую такую тренировку «спина-трицепс», еще и пресс сделали, и замялись.

— Так ты что — разбираешься? Тренер, что ли? — лысый всё это время ходил туда-сюда по залу, передвигал снаряды, посматривал на нас, иногда перебрасывался парой слов с пацанами. — Мне покажешь?

— Ну, хочешь — завтра зайду? Возьми тетрадку, карандаш, составим программу в зависимости от потребностей, план питания…

— Шо? — удивился лысый.

Подтянулись и хлопчики, слушая и внимая.

— Ну, если хотите там быть сухими и жилистыми — это одна история. Если хотите поправиться, массу набрать, чтобы мышцы были, как у Юрия Власова — это другая песня… Но, хлопцы, это дело многих месяцев тренировок, режима, питания.

— Так что, может, расскажешь, дядя? — заинтересовались ребятки.

— Может, и расскажу. Но сегодня пора мне, еще не спето столько песен! — хорошего понемножку, пора было и честь знать.

— А завтра придешь? — вдруг остановил меня лысый.

— Почему не прийти, если зовете? — пожал плечами я.

— Зовём! Да, хлопцы? — он был вполне уверен в своих словах.

— Да, Лысый, зовем! А звать-то тебя как, дядя? Фамилие какое? — поинтересовался один из белобрысых парней.

— Шлиман! — ухмыльнулся я, поминая своего археологического кумира студенческих времен.

— Еврей, что ли? А рожа-то полесская! — подозрительно прищурился старшой.

— Почему сразу еврей? Немец! — отмахнулся я. — Генрих Людвигович!

— А, немец… Тогда нормально. Приходи завтра, немец. Меня, кстати, Лысым зовут, а это — Серый и Белый, — по очереди Лысый показал на пацанов.

— Два гуся, что ли? — не удержался я.

— Хо-хо!

— Ха-ха!

Кажется, лёд тронулся. На квартиру я шел в настроении даже несколько приподнятом.

* * *

По пути домой решил зайти в гастроном, купить пельменей: в одиночестве готовить что-то сложное не хотелось, некому было эти изыски оценить. Стоя в очереди, я размышлял на тему «не дурак ли я, и на что я вообще рассчитываю, связываясь с крупной бандой беспредельщиков, и не надоело ли мне жить?»

Очередь двигалась медленно. Бабуля в серой шали и бордовом пальто раз за разом пересчитывала монетки в ладошке, два затрапезного вида мужичка с придыханием, вполголоса обсуждали «полбутылки в одно горло». Хмурый мужчина в пыжиковой шапке и куртке на рыбьем меху держал за руку мальчика лет пяти-семи. Мальчик постоянно пытался второй рукой поправить вязаную шапочку с помпончиком и икал. Икал самозабвенно, громко, явно наслаждаясь процессом.