Интересно, если бы Терминатор материализовался на Полесье, а не в Америке — его бы сдали на металлолом или приспособили бы обгонять бульбу?

* * *

Спустя час я уже выпил весь кофе, что был в редакции, съел все бутерброды и посидел во всех кабинетах. Бабоньки вздыхали, мужики похихикивали. Светлова предложила вернуться, а я сказал, что подумаю: и это не было пустыми словами. Чувство, что «я чужой на этом празднике жизни» жутко обострилось в Москве и засело где-то на уровне спинного мозга, когда я вернулся в Минск. Большие города дают свободу? Наверное… Как пели классики:«такая свобода скрипит на зубах». Но уговорить Тасю сейчас бросить Раубичи и переехать в Дубровицу? Ради собственного комфортного мироощущения? Эгоизм чистой воды… Потерплю я чужой праздник, не впервой.

А вот на Золтановском спиртзаводе праздник был свой собственный: они теперь производили сорта спирта самого высокого качества, применяя новое и модернизированное оборудование. И вместо картошки теперь в качестве сырья использовали зерно. А еще — предприятие перешло на хозрасчет и теперь имело право отчасти распоряжаться своими сверхдоходами…

Народ тут работал весёлый, даже слишком. При этом — абсолютно трезвый! Это на спиртзаводе-то! Местные «жэншчыны и мужчыншчыны», одетые в аккуратные синие спецовки, постоянно хихикали, подтрунивали друг над другом и над начальством. Не переходя при этом определенных границ.

Директор спиртзавода с веселой фамилией Михалыч встречал нас у проходной:

— Так-так-так, целая делегация! «Фоторепортеры налетели и слепят, и с толку сбить хотят?» Это наша любимая газета дубровчан — «Маяк», этих я знаю, — он кивнул на Шкловского и Старикова. А потом повернулся ко мне: — А вы из «Комсомолки», что ли? Вы же тоже раньше в Дубровице… Погодите! Вы — Белозор?

Я сделал несколько реверансов, а потом сказал:

— Грешен, имею честь являться Белозором. В бытность свою корреспондентом «Маяка» до вас не добрался, так вот, от «Комсомолки» приехал. Не томите: вы нам экскурсию проведете? Расскажете о производстве, о людях, о том, каким-таким чудесным образом к вам на работу городские едут и почему в Золтанове остаются…

— Так это! — удивился Михалыч. — Это я вам сразу скажу: мы зарплату даём и дома народу строим. До города — пятнадцать километров, заводской автобус ходит… Магазинов у нас аж четыре, речка Ведрич — вон какая красивая, природа, воздух — лепота! Почему не жить?

Вот вам пожалуйста: простой ответ на сложные вопросы. Как закрепить работников на селе? Дайте денег, дайте жилье, дайте транспорт. И к вам поедут… В общем, экскурсия начиналась отлично. Помимо собственно спирта тут делали много всякого-разного: квасное сусло и кормовые дрожжи, например. Кислые и хлебные запахи витали вокруг нас, заставляя то морщиться, то мечтать о пенном прохладном напитке из большой стеклянной кружки.