Во время моего первого знакомства с организацией я была агентом по особым поручениям. Во время второго — пленницей, и оба раза они хотели, чтобы я убивала для них людей.

Теперь же… Что ж, возможно, вся разница в том, что ныне я сама смогу выбирать для себя мишени.

Исключая только те, которые может навязать мне Гарольд.

Это тоже было частью сделки, которую мы заключили с новым теневым министром финансов, и я надеюсь, что он не собирается своим правом злоупотреблять.

Эллиот Смит частью сделки не был, зато он был предыдущим директором ТАКС и обладал тем опытом, которого у меня не было. Так что я решила проявить мудрость, а не давать волю своему естеству, которое требовало немедленно проломить ему башку топором.

С ним у нас тоже долгая и сложная история. Однажды я его убила. А чуть позже он практически лишил меня возможности пользоваться правой рукой.

Ну, ты знаешь.

В деле с Черным Блокнотом я прикрыла его перед начальством. Боюсь, если бы новый министр финансов узнал правду об этом деле, ТАКС не существовало бы уже ни в каком виде. Мне удалось частично спасти репутацию конторы, объяснив историю с Блокнотом невезением и частичной некомпетентностью, а не преступным умыслом. И слишком поздно поняла, что угодила в ловушку.

С одной стороны, я спасла Смита, а с другой — села с ним в одну лодку, и теперь он может запросто утащить меня на дно вместе с собой. По крайней мере, он может попытаться.

В общем, мы свалили почти всю вину на мою бывшую подругу Аманду, ей ведь было уже все равно.

— Кажется, я так и не поздравил вас с материнством, мисс Кэррингтон, — сказал он. — Позвольте же мне исправить эту оплошность.

— Спасибо, — сказала я. — Мы с вами толком и не разговаривали с той ночи.

— Я был ранен, а вы стали матерью, — сказал он. — Можно сказать, у нас обоих были другие дела.

— Пожалуй, что так, — сказала я. — Сколько имен вы успели вписать в Блокнот до того, как утратили над ним контроль?

— Не так много, как вы можете подумать, — сказал он.

— Мое там было?

— Но вы же здесь, мисс Кэррингтон, — заметил он.

— Это не ответ.

— Официально вам заявляю, что я не вписывал ваше имя в Черный Блокнот, мисс Кэррингтон, — торжественным тоном сказал он, но это тоже был не ответ.

Потому что интерпретировать его можно было несколькими разными способами. Например, что он не вписывал туда мое имя своей рукой, но распорядился, чтобы это сделал кто-то из его подчиненных с хорошим почерком. Или что они вписали туда словосочетание «Роберта Кэррингтон», но оно ни черта не сработало, потому что на самом деле меня зовут не так.