— Залп! — проревел он. — К хренам!
— К хренам! — подхватили остальные участники.
Дробовики, до этого казавшиеся мне игрушечными, взметнулись к небу и выстрелили почти одновременно. Эффект был… ошеломляющий. Я не успела заткнуть уши, как мне посоветовал сосед по толпе, и получила временный дебафф «легкая контузия». Кое-где от грохота вылетели стекла, а поскольку некоторые из марширующих использовали дымный порох, улица погрузилась в туман, а в ноздри ударил довольно характерный запах.
— Сука! — проорал распорядитель и шествие двинулось дальше.
— Сука, сука, сука!
— Чертовы косплееры, — пробормотал кто-то в толпе. — Когда же их уже запретят?
Спустя несколько минут улица очистилась и от дыма, и от демонстрантов, мой дебафф тоже прошел, и я продолжила свой путь. Вдаваться в подробности относительно безумия, свидетельницей которого я только что стала, у меня не было ни малейшего желания. Какой-нибудь местный клуб любителей дробовиков и сквернословия выпустили к приличным людям без намордников и смирительных рубашек.
Что-то подобное и в нашем мире периодически случается.
Глава 23
Смит перевыполнил свою программу минимум и докачался до сто шестьдесят четвертого уровня. При этом он еще и прибарахлился и теперь щеголял в легкой кожаной броне с тусклыми металлическими вставками. На левом его бедре висел короткий меч, на правом — небольшой топорик с мерцающими на лезвие рунами. Сними он свои темные очки, так и вовсе сможет слиться с толпой приключенцев, как будто он здесь и родился.
Мы вышли из очередного портала, поднялись на поверхность и оказались в центре совсем крохотного городка. От главной площади вело несколько улочек, по которым прогуливались или спешили по своим делам немногочисленные прохожие. Смит выбрал западную.
— До нужного нам данжа отсюда примерно полдня пути, — сказал Смит. — Боюсь, что нам придется преодолеть это расстояние пешком, потому что дилижансы в ту сторону не ходят.
— Мы могли бы купить лошадь, — сказала я. — Двух лошадей.
— Я крайне плохо держусь в седле, — признался Смит.
— Я могла бы дать вам пару уроков.
— И сколько времени они бы заняли?
— Примерно полдня.
— В чем тогда смысл?
— В том, что вы научитесь ездить верхом.
— Сомневаюсь, что это умение пригодится мне в нашем мире, — сказал он. — По счастью, у нас есть автомобили.
— Мы можем и не вернуться, — сказала я. — И тогда умение держаться на лошади окажется не таким уж бесполезным.
— Сегодня я предпочитаю использовать позитивное мышление, — сказал Смит.
— А что случилось? Сегодня поутру на вас напала и злобно искусала стая бродячих оптимистов? Может, стоит прививку сделать?