— Документы, — потребовал возглавлявший торжественный комитет по встрече армейский капитан. Ему было под пятьдесят, в коротко подстриженных волосах уже виднелась седина.

Я показала ему свое водительское удостоверение, Смит и оперативники тоже, пилоты предъявили свои летные сертификаты или как там эта штука называется.

— Цель поездки?

— Деловой визит, — сказала я, и в этот момент на трапе показался солдатик из группы досмотра.

— Мы нашли оружие, сэр, — доложил он. — Много оружия.

На самом деле, там было не так уж и много, я вообще с недавних пор больше одного пистолета с собой не ношу. Но спрятать даже эти несколько жалких стволов все равно было некуда.

Капитан прищурился.

— Похоже, у нас диверсионная группа.

— Вовсе нет, — сказала я. — Нам ваши разборки вообще побоку. Мы из ТАКС…

Я сомневалась, что после этого заявления станет лучше, и оказалась права. Лучше не стало.

— Прихвостни теневого правительства, — сказал капитан. — Таким, как вы, здесь не рады.

— Наше появление здесь не имеет никакого отношения к вашей борьбе за свободу, — заявил Смит, пытаясь сгладить впечатление. — На территории штата замечен особо опасный преступник, задержание которого в интересах всего человечества, и…

— И ты расскажешь эти байки кому-нибудь другому, — сказал ему капитан. — В машину их. Нет, в разные машины.

Нас разделили и усадили в разные машины, каждой из которых выдали сопровождение в виде двух автоматчиков. С предыдущими попавшими под раздачу пассажирами такого не происходило, так что мы уже могли почувствовать себя особенными.

Нас с одним из оперативников по имени Чарли высадили в подземном гараже и отвели в комнаты для досмотра. Разумеется, в разные.

Две женщины в форме военной полиции (на их нашивках красовался флаг Техаса, видать, все это время, пока мы торчали в самолете, они обновляли дизайн формы подручными средствами) обыскали меня, вытащили все из карманов, забрали ремень и шнурки от кед. А потом одна из них потребовала снять перчатку.

Я сняла.

— Что у тебя с рукой? — бесцеремонно спросила женщина-военный коп.

— Неудачно с самоката упала, — сказала я, и меня отправили в специальную камеру для юмористов.

По крайней мере, женщина-военный коп так ее называла.

Все опять пошло не по плану, словно кто-то наложил на Блокнот заклятие, позволяющее ему каждый раз ускользать из наших рук. У меня не было свободы передвижения, не было связи, и я понятия не имела, что сейчас может происходить в секретном бункере, куда отвезли могущественный сюжетный артефакт и задержанного вместе с ним Дэнни Форсайта. Может быть, они там все уже напились или нанюхались веселящего газа и теперь глупо хихикают и вписывают в гроссбух смерти имена друг дружки.